Не позволяй ей вести тебя к смерти.
Хотя она очень устала, но Дзианта сделала то, что должна была сделать. Она собрала энергию и ударила ею, как ударила бы обычным примитивным копьем или мечом. Он обхватил голову руками и, пронзительно вскрикнув, опрокинулся назад и рухнул на землю в тени от крыла самолета.
— Конечно, это плохо, — сказала она, — но ничего другого не оставалось…"
"— Я знаю, — сказал Туран. Голос его был монотонным, очевидно, он устал так же, как и она. — Мы должны улететь до того, как он придет в себя.
Туда, куда мы направляемся, ему не место. Ты уверена в направлении?
— Абсолютно, — ответила она просто, когда они забрались в кабину самолета.
Дзианте хотелось закрыть глаза, когда Туран запустил моторы самолета и направил его к морю. Поднимется ли самолет в воздух, или они потеряют высоту и рухнут в голодные волны океана? Она знала, что Туран перенял все искусство пилотирования от солдата, но это же его первый полет и он может стать последним. Они были низко — над самой водой, — и несколько мгновений Дзианта думала, что все кончено.
Но затем нос самолета выровнялся. Изможденное лицо Турана выражало страшное напряжение, как будто он усилием воли поднял самолет в воздух.
Она держала фокусирующий камень в руках, ощущая силы, исходившие из него и тянущие ее. Но где же лежит второй Глаз? Может, в глубине океана, откуда им не достать его?
Она сосредоточилась на камне, однако приняв все меры предосторожности, чтобы не впасть в состояние транса. Сохранять это шаткое равновесие между фокусированием и сохранением своей личности было очень трудно, это изнуряло ее.
Да и телесные силы стали истощаться. Она была голодна, хотела пить, нуждалась во сне, но она старалась прогнать все это прочь используя то, чему учил ее Оган. Он заставлял ее использовать тело всего лишь как инструмент, и нельзя допускать, чтобы требования тела возобладали над разумом и волей.
Далеко ли? Это был вопрос чрезвычайной важности. Ведь самолет мог быть не предназначен для длительного полета.
Кончится горючее и тогда…
Дзианта полностью заблокировала мозг, не отвечая на вопросы Турана, сосредоточив все силы на том, чтобы вести их к цели. Она стала частью этого путеводного камня.
Время перестало существовать для нее. Она ощущала только тонкие нити, исходившие из камня. Вдруг она заметила, что нити становятся крепче, их легче чувствовать, когда самолет берет курс от земли, в открытое море. Камень стал теплее и она быстро взглянула на него.
