Гардемарин (СИ)

— Кокосовые и финиковые, господин Виктор — охотно ответил канонир — из фиников можно отжать масло, а кокос — это орех с мякотью и молоком! Ох и вкусная вещь я вам скажу! И храниться долго! Нам бы их набрать…

— Во! Правильная мысль! Тоже об этом подумал. Значить завтра помимо воды собираем и финики с кокосами. Берём все, даже не спелые! А ещё нужно поменять подстилки! У меня уже бока болят, всё слежалось и в труху рассыпалось. Если что интересное в поселении чем мы можем поживиться? Может забыли, чего миссионеры?

— Ничего там нет господин Виктор, только голые стены.

Миссионеры толи от болезни все померли, толи вернулись назад во Францию, только вот сюда время от времени всё равно корабли заходят, и всё что можно разграбили. Почитай сорок лет поселение пустует, не понятно, как ещё стены держаться — вздохнул канонир.

— Ладно. Давайте спать. Сегодня ночью дежурим по очереди. Зарядить мушкеты и пистолеты, что бы у каждого под рукой были! — почему-то на душе было тревожно.

Уже засыпая на своей жесткой постели, положив на пол рядом с собой два пистолета и саблю, я понял какая мысль никак не могла сформироваться в моей голове! Поселенцы были миссионерами! А это значить, что они шли сюда кого-то обращать в свою веру! Берег не пустынный, по берегам лагуны кто-то живёт.

Завтра нужно быть предельно осторожным при высадке!

Проснулся я от непонятного шума. Как будто кто-то стучал о дерево поленом. Спал я тревожно, было чертовски неудобно и жарко. Камзол, который служил мне простыней, сбился от того, что я постоянно ворочался и давил мне в поясницу.

Весь потный и злой я сел на нарах и обулся, нужно попить воды и сполоснуться, прежде чем лечь спать снова, заодно и караульного проверю. Снова стук! Да что такое?! Это похоже… Это похоже на удар лодки о борт корабля! Схватив саблю и сунув пистолеты за пояс, я рыком вскочил и заорав во всё горло бросился на палубу.

Проскочив кают-компанию, где на своём месте только просыпался Ив, я вылетел на палубу и нос к носу столкнулся с чернокожим мужиком, который держал в руках усыпанную каменными шипами дубинку.

Не задумавшись и секунды, я сделал выпад, и мужик упал с распоротым животом. На палубе вовсю хозяйничали негры, и всё новые и новые появлялись из-за бортов. В том месте, где сидел обычно караульный, была куча мала из тел, кто-то с кем-то боролся. Выхватив пистолет, я выстрелил в ближайшую толпу дикарей, особо даже не целясь.

Ближайшие противники шарахнулись от меня в сторону, а на палубу свалилось ещё одно тело.