Гардемарин (СИ)

Эта коморка в корме заменяла на фрегате штурманскую рубку и склад. Только сейчас я с удивлением узнал, что прокладкой маршрутов и определением координат моя работа не ограничивается! Штурман на фрегате отвечал за штурманское имущество, его получение, хранение, использование и расходование. Штурманским имуществом считались флаги, сигнальные флаги, вымпелы, гюйсы корабельные и шлюпочные, компаса, песочные часы, лоты, лампады и прочие навигационные приборы. Штурман вел журнал учета штурманского имущества, следил за пополнением и исправностью своего имущества.

Он же отвечал за морские карты, лоции, исправность рулевого управления корабля. Он выверял компаса и песочные часы. Во время плавания он должен был сверять карты с реальной береговой линией, островами, скалами, рифами и наносить на карты все их изменения. Штурман обязан сообщать офицерам и капитану об опасностях курса корабля (мели, рифы, скалы) и настаивать на его изменении, и даже если капитан или иной офицер его не послушают, и корабль будет потерян, то штурман будет казнен или отправлен на каторгу! При постановке на якорь штурман обязан следить, чтобы в этом месте не было мелко и корпус корабля не проломило бы своим якорем. Теперь всё это предстояло делать мне, по сути, пацану лет четырнадцати отроду!

Штурманская кандейка граничила с арсеналом, рядом с которым на карауле постоянно стояли два солдата, а как раз под ней располагалась крюйт-камера. Интересное и даже можно сказать стратегическое место, и меня, которого подобрали в море и знают только две недели, отправили сюда работать!

— Господин Виктор, капитан просил вас зайти и забрать из его каюты карты и книгу с астролябией.

И передал вам это. Потом просил вас подняться на мостик — в дверь постучался и почтительно ко мне обратился незнакомый матрос, один из более чем ста на этом корабле.

Матрос положил на штурманский стол большой свёрток с одеждой и поставил рядом поношенные, но ещё крепкие сапоги. Я застыл на месте, разглядывая лежащую поверх камзола треуголку и расплылся в довольной улыбке.

Теперь ко мне так обязаны обращаться все матросы! Я даже сейчас могу этому в морду дать, за то, что он зашел хотя и со стуком, но без моего разрешения, и он не пикнет! Еще полчаса назад я бы услышал только одно из двух, или «щенок», или «сопляк», а теперь господин! Теперь приказ капитана для меня называется вежливым словом «просьба» хотя смысл от названия и не меняется.