Гарем без проблем

Маркиз не стал дожидаться его решения: он ловко накинул на лапы попугая заранее приготовленную веревочную петлю, привязал ее к ручке кресла и устремился к шкафу.

Перришон опомнился, возмущенно захлопал крыльями и истошно завопил:

– Пр-редательство! Вер-роломство! Тер-рор! Тр-ребую спр-раведливости!

– Обойдешься, – отмахнулся Маркиз, взбираясь на стул и дотягиваясь до конверта.

Дверь комнаты приоткрылась, в нее заглянула Лола и раздраженно проговорила:

– Прекрати мучить птицу! Ты все-таки не один живешь в квартире, и нужно вести себя прилично!

– Эта птица сама кого хочешь замучает! – пропыхтел Леня, соскакивая со стула с конвертом в руке.

– Ага, нашел свой конверт! – воскликнула Лола в праведном негодовании. – А сваливал все на меня!

Леня не ответил: он внимательно разглядывал свою находку.

Конверт, несомненно, был тот самый, который он принес из супермаркета. Тот самый, в котором находилась первая инструкция. Но в остальном ничего хорошего Маркиза не ждало: на конверте не было никаких надписей, никаких штампов или пометок, никаких логотипов… в общем, ничего, что могло бы навести на след подозрительного заказчика.

Лола, видя, что компаньон не обращает на нее внимания, удалилась, снова громко хлопнув дверью. Перришон щелкнул клювом и хрипло выкрикнул:

– Тр-ребую свободы! Свободы и спр-раведливости!

– Ну ладно, – смилостивился Маркиз. – Так и быть, амнистия…

Он развязал лапы попугая и в виде компенсации насыпал ему немножко орехов. Перришон оживился и занялся любимым делом.

Конверт был освещен сбоку светом настольной лампы, и ореховые крошки неожиданно составили несколько букв.

– Как интересно! – Леня наклонился над конвертом, разглядывая его в боковом свете.

На белой поверхности едва заметно просматривались следы надписи. Видимо, кто-то написал записку на листе бумаги, под которым лежал этот самый конверт, и буквы оттиснулись на нем.

Леня вспомнил широко известный способ: он достал мягкий графитовый карандаш и заштриховал белую поверхность.

Теперь на фоне штриховки достаточно отчетливо проступила надпись: «Передайте берейтору, чтобы подготовил Ясного к среде, я приеду поездом шесть тридцать».

– Пер-риньке ор-решков! – напомнил о себе попугай.

– Хватит, – отозвался Маркиз, разглядывая записку.