— Эта несчастная блондиночка так запала тебе в душу, что прям скулы сводит, угадала? Интересно, а окажись на ее месте здоровенный потный мужик, ты тоже бы такую бурю эмоций пережил?
— Ты о чем вообще?
— Да я вот размышляю про твой этот пунктик с субординацией, уставом. Он ведь не на ровном месте возник. Ты тащишь на гражданку военный уклад, потому что в противном случае не смог бы держать себя в руках. Ты бы оттрахал каждую бабу в экипаже, если бы сознательно не запрещал себе этого. И смотри, как легко мне удалось тебя соблазнить.
Стоило оказаться за бортом Волота, как и устав остался где-то там.
Я предпочел не отвечать на ее подколы. Злая, раздраженная и голодная вампирша — совсем не та компания, в какой приятно коротать время.
А потом мы услышали шум крыльев. Моя рука инстинктивно опустилась на рукоять револьвера. Но тревога оказалась ложной.
Это летучий лис.
Истошно размахивая перепончатыми крылышками, он повис перед моим лицом и заверещал. Его уши-локаторы светились багровым цветом.
Пушистый хвост слегка топорщился, как и вся шерстка зверька.
— Какая прелесть! — восхитилась Кармилла. — Готова поспорить на оба клыка, что его послала твоя кошечка. Наверняка он не смог вернуться к жизни в природе и нашел ее. Она экстрасенша, ты знал? Или что-то вроде эмпатки. С цветочком и этим летуном общалась чувствами, а может и образами.
— Да, я в курсе.
На самом деле только догадывался, но говорить это альпе не хотелось. Она любую мелочь может засчитать мне за слабость.
Я перевел взгляд на порхающего зверька. Тот не унимался и явно хотел, чтобы мы следовали за ним.
— Успокойся, мелочь пушистая, — сказал я. — Мы знаем, где твоя мамочка. Тебе не надо нас к ней вести. Так что давай-ка, лети отсюда ко всем чертям.
— А можно я его съем? — как бы невзначай спросила Кармилла, а одна из ее прядей уже начала удлиняться и потянулась к малышу. — Ангорийке мы ничего не скажем.
— Нет, — отрезал я.
— Ты только что сказал, что не позволишь мне питаться разумными существами.
Это мохнатое очарование точно не из них. Или мне и зверье нельзя кушать, если у него слишком милая мордаха?
— В точку.
— Какой же ты… — она замялась подбирая слово, — заботливый. Ладно, дай его сюда, не съем. Честное вампирское.
«Обнадеживает», — со скепсисом подумал я, но летуна поймал и сунул в руки Кармилле, будто болонку.
К моему удивлению альпа зверька действительно не обидела, а начала наглаживать по гибкой спинке и чесать за ушком.
