Гарем вне закона

– Ну что, дамы-с, отправляемся? – и храбро вошёл в опочивальню Королевы Мирмеграда, полумрак поглотил меня. – Вот это да!

Фрейлины с тихим скрипом закрыли за мной створки, а мирмеции-солдаты скрестили алебарды перед дверью, охраняя покой королевы и её нового фаворита.

Глава 32. В опочивальне Королевы, акт 2 [18+]

Я оказался в полутёмном помещении с высоким потолком. Горели ароматические свечи в подставках, распространяя приятные сладковатые запахи. Мебель и обои из-за полумрака разглядеть в подробностях не получалось, я видел по сути лишь тёмные контуры.

Окна закрыли тёмные толстые шторы из фиолетовой ткани. В камине тлели камни-огневики, переключенные в режим согревания.

– О, вот и ты! – услышал я голос Эгины. – Мы так рады видеть тебя снова!

Из полумрака, перебирая лапками, выступила огромная фигура полуженщины-полумуравья. Королева не отрываясь смотрела на меня, её огромные прекрасные глазища блестели словно в предвкушении. Эгина сняла почти все украшения и одежду, оставшись в нижнем кружевном белье фиолетового цвета.

С её плеч спадала полупрозрачная вуаль, но она совершенно ничего не скрывала. Да и непонятно на чём держалась – то ли на честном слове, то ли на сосках, едва заметно колыхаясь. Королева как будто просто набросила вуаль на голове тело.

При слабом освещении Эгина выглядела довольно жутковато, как некий хтонический монстр. Пусть и с наполовину человеческим телом. Тем не менее я улыбнулся ей и, следуя дворцовому этикету, произнёс что-то куртуазное на тему шерше ля фам.

Даже сам толком не понял что именно.

– Ох, ты столь любезен, а Мы такого отношения не заслуживаем… Весь день бездельничали и баловались, – пожаловалась мне королева. – Вчера дали Себе слово хотя бы десять минут позаниматься сегодня делами государственными, но обещание вылетело из головы… Стыдно!

Даже прикрыла глаза ладонью. Ух ты, королевская самокритика. Значит, не такая уж она и ЧСВ, какой казалась при первом знакомстве. Не смотря на её старомодную манеру речи, у меня сложилось ощущение, что Эгина по уровню развитию не так уж и далеко ушла от моих сверстниц.

Эдакая девчонка в теле… девчонки. Как горячая стовосемнадцатилетняя милфа Мевис из «Монстров на каникулах».

– Ну да прочь ложное стеснение, – произнесла она, стрельнув в меня глазками из-за раздвинутых пальцев. – Ночь – время, когда о стыде забывают…

Муравьиное тело с тихим скрипом хитина легло на пол, сложив лапки. Эгина чуть согнула человеческие ноги, коснулась босыми ступнями тёплого пола.