Гарем вне закона

Всю, без остатка. Куст-распутник пытался сопротивляться, однако Сын Маминой Подруги был априори сильнее своей цели. Вся мана постепенно перетекала ко мне. Щупальца куста темнели и ссыхались, лишаясь целебной подпитки.

– Ты, безусловно, имба, – произнёс я, наступая на врага. – Но лишь в определённых случаях, против удобных противников… противниц! Но в тоже время и контрить тебя очень легко, если знать как.

Не смотря на успех, моё самочувствие сильно ухудшилось. Я тяжело дышал, и мне почему-то очень хотелось есть, словно минимум неделю не жрал.

Вот оно что, отращивание тентаклей кучу сил забирает. Белки, углеводы – всё идёт в топку для создания новой плоти! Я ещё не научился использовать сворованную ману, чтобы подпитывать ей свои тентакли. Надо заканчивать битву как можно быстрее!

Я нанёс пару добивающих ударов, разрубив два оставшихся ствола-яйцеклада. Тентакли конвульсивно задёргались, но силы быстро оставляли их. Восполнить запасы было неоткуда, Соня полностью истощилась, а разбойницы маны не имели.

Я, тяжело дыша, отменил действие Способности и втянул обратно свои щупальца. Мое тело приняло обычный вид. Чёрт, чуть дубу не дал с этой тентаклемагией… Сколько же сил она расходует, просто жесть.

Все щупальца обратились в сухие неживые палки. Они успели заполонить собой почти всю арену, разбойники копошились в их гуще, не в состоянии выбраться из-под завалов «сена».

Высохшие тентакли, державшие в воздухе Соню, начали трещать и ломаться. Я едва успел подхватить девушку на руки прежде, чем она упала на пол.

– Соня! Соня не уплывай! – я встряхнул её.

– О-о-о-ох… – веки суккубы дрогнули, она открыла глаза и посмотрела на меня. – Ох, господин, это вы…

Безумие и похоть исчезли из её глаз, осталась лишь усталость. Со смертью тентакля прекратилась подкачка афродизиака. А с теми остатками, что струились по жилам, демонический иммунитет ловко справлялся своими силами.

– Да, Соня, всё хорошо, куст уничтожен, – успокаивающе сказал ей. – Унижен и высушен. Ты как? Ты в порядке?

Глупый вопрос, учитывая её состояние, но я должен был его задать.

– Ох, господин… это было… это было… – глаза демоницы заблестели, словно она вот-вот расплачется. – Это было…

– Великолепно… – Соня снова закатила глаза, запрокинула голову и закусила губу. Словно заново переживала некие чудесные воспоминания.