Гарольд Дурсль

Люциус с заметным восхищением рассказал об уме, силе, политических амбициях и целях нового Темного Лорда. Привлеченный его обаянием, Малфой, едва окончив школу, присягнул ему на верность. К тому времени в рядах сторонников Вольдеморта состояла почти вся магическая аристократия. Однако Эйфория сопричастности длилась недолго. Лет за пять до рождения Драко Вольдеморт, к которому тянулась золотая молодежь, и которого уважали представители старшего поколения, внезапно начал меняться. Его поступки перестали быть деяниями разумного существа.

Немотивированная жестокость лорда стала равна лишь его огромной силе. Из его речей исчезли слова «соратники», «друзья» или «сподвижники». Теперь лорд оперировал лишь одним определением: «слуги». Верхушка аристократии, финансировавшая деятельность Вольдеморта, начала выражать недовольство. Зрел бунт.

Люциус рассказывал очень интересно. Гарри незаметно оглянулся на Драко и понял, что история неизвестна и ему. Люциус прервался, чтобы плеснуть себе и Блэку какого-то напитка. По комнате потек сладкий запах полыни.

Кажется, Люциус колебался, что говорить дальше. Он переводил взгляд с Гарри на Невилла, затем на Драко и едва заметно покачивал головой. Потом, одним глотком допив вино, заговорил.

- Гарри, ты не знаешь, но волшебники стараются не заводить детей так же беспорядочно, как магглы. То есть рождение ребенка рассчитывается заранее. Я женился на Нарциссе в двадцать лет, и мы еще пять лет ожидали оптимального положения звезд.

Люциус, потянулся и погладил Драко.

- Мы хотели тебе самой лучшей судьбы.

Ты был зачат в ночь с семнадцатого на восемнадцатое октября. В момент восхода Кибелы. Год твоего рождения был отмечен пиком одиннадцатилетнего периода солнечной активности. Юпитер с Сатурном находились в Деве, но затем, к твоему рождению, соединились в воздушном знаке Весов. А в ночь, когда ты порадовал меня первым криком, по небу прошла комета Деннинга. Все знаки в момент твоего рождения предсказывали тебе силу, удачливость, богатство и крепкое здоровье.

В ту ночь Малфой решил покинуть лорда.

Беллатрис тоже решила посвятить себя сыну. Их поддержали и многие другие. Лорд внимательно выслушал все претензии и с любезной улыбкой предложил немного подумать. Хотя бы до вечера. Вечером Люциус приполз к лорду на коленях. Он никогда не спрашивал, что было с другими, и никогда не рассказывал о собственной причине. Сейчас он с кривой улыбкой сообщил, что аргументы лорда оказались слишком весомыми для него. В ту ночь погиб брат Сириуса.