Яйцо, испещрённое глубокими трещинами, лежало на столе. Внутри что-то двигалось, стуча по скорлупе.
Они придвинули стулья к столу и сели, затаив дыхание.
Внезапно раздался треск, яйцо развалилось пополам и на стол выпал маленький дракончик. Его нельзя было назвать симпатичным. Гарри подумал, что он напоминает скомканный чёрный зонтик. Он был ужасно тощий, топорщащиеся на спине крылья казались непомерно большими для такого тела. Морда у дракончика была длинная, с широкими ноздрями, пробивающимися бугорками рогов и выпученными оранжевыми глазами.
Дракончик чихнул, из ноздрей вылетело несколько искр.
— Ну разве не красавчик? — проворковал Хагрид. Он вытянул руку, чтобы погладить своего любимца по голове. Дракончик молниеносно раскрыл пасть и лязгнул острыми клыками, пытаясь ухватить Хагрида за палец.
— Вот умный малыш! Сразу узнал свою мамочку! — восхитился Хагрид.
— Хагрид, а как быстро растут норвежские горбатые драконы? — озадаченно поинтересовалась Гермиона.
Хагрид открыл было рот, чтобы ответить, но внезапно побледнел и, вскочив на ноги, метнулся к окну.
— Что случилось? — крикнул Гарри, хотя уже знал ответ.
— Кто-то в окно заглядывал, а я, как назло, занавески неплотно задвинул, — сокрушённо выговорил Хагрид. — Мальчишка какой-то… вон, убегает.
Гарри подскочил к двери и распахнул её. Даже на расстоянии он легко узнал убегавшего.
Гарри тяжело вздохнул. Теперь о существовании дракона знали не только они трое, но и Малфой.
* * *Всю следующую неделю Малфой, завидев Гарри, Рона и Гермиону, неприятно улыбался, и его улыбка их нервировала.
Большую часть свободного времени они проводили в полумраке хижины Хагрида, пытаясь урезонить великана.
— Отпусти его, — настаивал Гарри. — Выпусти его на волю."
"— Не могу. — Хагрид покачал головой. — Он же маленький совсем. Он умрёт один.
Они посмотрели на дракончика. За неделю он стал раза в три длиннее. Из его ноздрей беспрестанно вырывались клубы дыма.
Однако Хагрид, кажется, этого не замечал. Судя по всему он вообще забыл обо всём, в том числе и об обязанностях лесника, и если и выходил из хижины, то только за продовольствием для своего подопечного.
По полу хижины, заваленному птичьими перьями, перекатывались пустые бутылки из-под бренди.
— Я ему имя придумал — Норберт. — Хагрид смотрел на дракона влюблёнными глазами. — Он меня уже знает… смотрите вот. Норберт! Норберт! Где твоя мамочка?
— Он рехнулся, — прошептал Рон, наклонившись к уху Гарри.
— Хагрид, — громко позвал Гарри.
