Гастролер

 — Мы же не отморозки какие, не беспредельщики. Мы — воры, а уважающий себя вор не станет первым пускать кровь, да еще бить из-за угла, в спину. Надо с итальяшками разобраться по чести — в открытом разговоре. Надо их убедить. Показать свою силу, возможности, но перья и тем более стволы не пускать в ход до крайнего случая."

"— Послушай, Георгий Иванович, — твердо сказал Варяг и сам не заметив, что впервые на словах перешел тонкую грань беспрекословного подчинения патриарху. — По понятиям — не получится. Они не знают, что такое понятия.

А крайний случай не наступил для них лишь потому, что их парни еще не успели почистить свои стволы. Билеты же до России у них уже в карманах, и кровь наших законных польется уже через месяц-другой. А потом все как по маслу: чиновников скупят за две копейки. И хана России. Сегодня мы Валаччини нужны лишь для одного: тут же все очень просто. Валаччини завтра пустит нас на свой итальянский рынок, пустит обязательно. Но мы ему нужны, чтобы очистить этот рынок от его конкурентов, которые ему мешают. Но это будет быстрая игра. Как только мы сделаем свое дело, он нас уберет и не чихнет. Побьют всех и там, и тут. Вот это по его понятиям. Я в этом уже успел убедиться. Так давайте с ним играть по его понятиям — не по нашим. Почему, когда мы в силе, мы не можем опередить его? Я считаю, Георгий Иванович, что это наш шанс. Нельзя просить, когда есть возможность взять самому. Слабых не уважают, слабых используют. Нам надо заставить этих мафиози на Западе потесниться и дать нам дорогу, иначе мы ничего не добьемся. Так и будем стоять с протянутой рукой.

Похоже, Варяг нашел правильные слова. Медведь задумался крепко. Такие доводы были более понятны и близки старому вору. Он неожиданно осознал, насколько все в последние годы изменилось. Изменения произошли не только с его дряхлеющим организмом — изменилось все и вся: и квинтэссенцией перемен стал этот молодой, сильный и решительный мужчина, сидящий сейчас перед ним, Варяг, который еще несколько лет назад был уркой и зэком и находился в его полном подчинении.

А теперь так глубоко и тонко вникает в самую суть сложных процессов, происходящих в мире. Пожалуй, Варягу уже пора доверить самому принимать важнейшие решения.

— И что же ты предлагаешь конкретно, — как бы соглашаясь, ворчливо переспросил Медведь, внимательно глядя в глаза Владиславу.

— Мы должны действовать энергично, — решительно повторил Варяг. — Нас никто не желает приглашать в Восточную Европу? Однако мы там имеем позиции.