Разговор с Артёмом пытаюсь не воскрешать в своей памяти. Знаю — не приведёт ни к чему хорошему. Сначала хочу принять душ, выпить кофе и… будет правильным собрать свои вещи и потребовать отвезти меня в отель, как и было обещано им ещё в субботу. «Ол инклюзив» в этом доме для моей персоны закончился ещё вчера.
Желание уйти ночью куда глаза глядят так и не смогла осуществить. Сон слишком быстро меня настиг. Я даже не успела толком подумать об этом. С тех пор, как Артём ушёл из ванной прочь, ко мне больше не заявлялся. Не могу забыть выражение его глаз.
Слишком больно ощущать всё заново на себе. Его вчерашние эмоции раздавят мою психику окончательно. Презрение и холод кофейной гущи до сих пор скользят по моему позвоночнику. Скручивают нутро. Там я чувствую пустоту. Бабочки завершили свой цикл существования.
Пальцами ног ощущаю тёплый ламинат. Отнять своё тело от мягкого матраца стоит больших усилий, но я справляюсь. Плетусь в ванную. Принимаю на скорую душ. День обещает быть жарким и я переодеваюсь в практичную одежду.
Обуваюсь в босоножки на тонкой подошве. Застываю у двери, прислоняясь к дереву виском. На комоде электронные часы показывают пять минут шестого.
«Хмм… Хорошее время для подъёма в отпуске…»
«Может спит ещё? У себя? О чём теперь с ним говорить?»"
"Валяясь на полу и загибаясь в немом крике до поздней ночи, где-то глубоко в душе я ждала его. Надеялась, что он вернётся. Перебесится и вернётся. Поговорит со мной. Откроется. Но он не пришёл. После разгрома стеклянного декора исчез, растворился в воздухе.
Гнетущая тишина в доме убивает. Хочу сорваться, найти Артёма и в отчаянии колотить его грудь кулаками за то, что сделал меня зависимой, что влюбил в себя за мгновение, заставил почувствовать нужной, и в то же время отшвырнул презрением, как прокажённого пса.
В груди расползается тяжесть, скручивает внутренности в районе сердца и вспыхивает огнём. Принимаюсь растирать ладонью по кругу солнечное сплетение, но от этого приёма стаёт только хуже. Воздух в лёгкие не поступает в должном количестве и я срываюсь с места и лечу к выходу, на улицу, прочь из этих давящих стен, чтобы вдохнуть поглубже утреннюю прохладу и успокоить мышление доносящимся шёпотом океана.
Распахиваю дверь.
— О, Боже! — вскрикивает незнакомая и очень симпатичная чопорная брюнетка, едва не столкнувшаяся со мной лбом. — Не знала, что меня будут так рано встречать. Доброе утро, девушка! Вы новая домработница? — растягивает сдержанную полуулыбку, окидывая меня оценивающим взглядом.
