Газлайтер. Том 10 (СИ)

— Главное, не встревай в разборки с другими родами и тем более иностранцами, чтобы мы могли устроить твое публичное знакомство с бойцами.

— Враги сами ко мне прилипают, — замечаю, но Фирсов лишь отмахивается, мол, знаю я тебя, Филинов.

Следующий урок у нас Провидчество, но ведет его, к сожалению, не Фирсов, а Степан Степаныч Бошкин, лысоватый мужик в очках. Очень неприятный тип. В прошлый раз он задал Кате написать огромный конспект после того, как девушка заметила в его лекции одну неточность. Причем Катя была вежлива и просто обратила внимание преподавателя, в ответку же ей прилетела пара потерянных за ненужной писаниной вечеров.

Наши однокурсники-провидцы, похоже, еще в большем восторге от своего куратора-учителя, раз за глаза его зовут Упырем.

С собой Бошкин притаскивает стеклянный аквариум с человеческим ребром. Кость исписана золотыми рунами.

Пара у нас совместная с провидцами, и принесенному артефакту удивляются все. А это точно артефакт — психически эманации отчетливые, хоть и непонятные.

Забавная вещица.

— Это Ребро Импотенда, древнего египетского телепата-Провидца, — рассказывает Степан Степаныч. — Артефакт хранится в архиве Академии. С помощью него возможно Провидеть отдаленные события даже государственного масштаба. Но трактовки, чаще всего, выходят многосмысловые.

— А почему он в аквариуме, Степан Степанович? — спрашивает кто-то из провидцев.

— Для безопасности окружающих, — сообщает преподаватель. — Неправильное использование артефакта может привести к созданию Астральных червоточин.

Поэтому при учениках запрещено его применять. Я просто покажу вам артефакт в рамках учебной дисциплины, расскажу о его свойствах, истории происхождения и…

— Учитель, извините, — поднимаю я руку.

— Да, господин Вещий-Филинов? — Степан Степаныч строго смотрит на меня поверх очков. — Почему вам так не терпится прервать учителя? Может, вы сами проведете лекцию? Подробно расскажите, чем уникален артефакт Импотенда? О! Кажется, я знаю на какую тему задать вам конспект на сто страниц…

— Еще раз извините, но о каком артефакте речь? — невинно спрашиваю.

— Очень смешно, — Степан Степаныч оглядывается на аквариум, ныне абсолютно пустой, и в ужасе хватается за лысину. — Что?! Как?! Это могло произойти! Тревога! Никому не двигаться! — рявкает он, обернувшись на класс. — Кто это сделал?!

Но никто не признается. Хотя я в общем-то знаю кто, даже сам в этом поучаствовал.