Газлайтер. Том 10 (СИ)

— Вот, госпожа! — он топает ближе и протягивает Лене новехонький инструмент.. — Это отличнейшая кирка. Вы ее точно заслуживаете.

— Спасибо, — улыбается довольная Лена, принимая символ рудокопа.

— Кстати, Гумалин, — замечаю, — Там немножко руды осталось, а Лена устала. Так что прошу вас, мастеров, повыбивать.

— Конечно, шеф! — счастливо улыбается казид и свистом подозвав ватагу, уносится с ней в шахту. Вскоре снизу раздается ритмичный стук металла.

Мы с девушкой отходим на пляж к остальным женам. Лена победно хвастается киркой, на что загорающая Светка только фыркает и просит не загораживать ей солнце.

— Волкодав Ломоть изволит отдыхать, — с улыбкой замечает подошедшая Лакомка. Вдруг она выпрямляется и устремляет взгляд куда-то к машинам. — Мелиндо, там иномирцы.

Я оглядываюсь через плечо. Рядом с огневой точкой гвардейцы окружили Деда Дасара и Гересу с гигантами-сыновьями.

— Да, именно этих иномирцев я и жду, — еще раз сполоснув лицо, выпрямляюсь. — Пойдем к ним. Тебе как главной жене не помешает с ними познакомиться.

— Как скажешь, мелиндо.

Подбежавшая Камила протягивает мне полотенце, я вытираю брызги, и мы с Лакомкой шагаем к гостям.

— Дед Дасар, — здороваюсь за руку с лучшим вором Заиписа, затем киваю богатырше. — Прекрасная Гереса, мое почтение. Это моя главная жена Лакомка. Вы доставили артефакты?

Воительница с булавой задерживает взгляд на лице Лакомки, а затем кивает на двух груженных шестилапок, пасущихся за сопкой.

— Да, господин Филин, — томным голосом мурлычет Гереса, поправляя ворот медвежьей мантии. — Все ваши трофеи здесь.

Лакомка с любопытством оглядывает воительницу. Альве явно интересны ее смуглая кожа и каштановые волосы, завязанные в высокий хвост.

— Благодарю за доставку, — я перевожу взгляд на Дасара. — А что всё же случилось с лордом Бесчлином? Я думал, он соберется с силами отбить свою каменоломню.

— Бесчлину сейчас не до руды, — вор улыбается во все тридцать два зуба. — Нынче лорд даже свой замок не может отбить. Как только его вассалы узнали, что он проморгал почти все артефакты, в том числе силовые, а значит лишился огромной мощи, то устроили восстание. А еще куда-то делись его сильнейшие Ночники. — О, я даже знаю куда. — Поэтому Бесчлин, не сумев отбить штурм родового гнезда, бежал как трусливая курица.