Газлайтер. Том 19 (СИ)

Его внимание привлекает один из доверенных командиров, который входит, низко кланяясь, и вручает ему папку.

— Сын Неба, — начинает командир Доказ с почтительным тоном. — В Антарктиде зафиксированы странные события.

Ци-ван берёт папку и открывает её.

— Опять он⁈ Да вы издеваетесь! Как его в Антарктиду занесло-то!

На фотографиях отчётливо виден Вещий-Филинов, летящий на спине Золотого Дракона. Глаза Императора вспыхивают яростью. Он сжимает кулаки так, что пальцы побелели.

— Это мой дракон! — шипит он сквозь зубы.

 — Как он посмел летать на нём, да ещё и в грёбаной Южном полюсе⁈

Доказ, понимая, насколько опасен Император в гневе, осторожно продолжает:

— Мы знали, что монахи из Обители действуют в Антарктиде. Иномирец Странник еще до своей опалы предупреждал нас о них, призывая быть начеку. Мы, как вы и велели, поддерживали скрытное наблюдение. Но теперь появился этот граф Данила…

Ци-ван, задумавшись на мгновение, вспоминает, что ханьская группировка давно закрепилась в Антарктиде под видом научной экспедиции.

Однако размышления сменяются решимостью. Его голос звучит властно и холодно:

— Немедленно схватите его! Приведите группу «Севре» в полную боевую готовность. Цель ясна: убить этого русского и вернуть моего дракона.

Доказ, понимая, что дальнейшие расспросы ни к чему, молча кланяется и поспешно выходит из зала.

— Гони огнём, подгоняй мишку! Только не поджарь! — через мыслеречь командую, не отрывая взгляда от цели.

Золотой недоумевает:

— Почему это «не поджарь»?

— Потому что это редкий вид, — объясняю.

 — Белый медведь Южного полюса. Его надо бы в Красную книгу занести. Вдруг он исчезающий?

Дракон фыркает, и в его тоне сквозит раздражение:

— А я, значит, не редкий? Меня ты, конечно, в каждую заваруху бросаешь. Может, и меня в вашу Красную книгу занесёшь?

— Слушай, Золотой, ты почему такой живодер? Мишка — просто подневольный транспорт. Имей совесть и пожалей животину. И вообще сейчас сосредоточься на убегающем, пока он не ушёл.

Дракон недовольно вздыхает, но подчиняется.

з его пасти вырываются яркие струи огня, прорезая морозный воздух и заливая белоснежную пустошь жарким светом. Пламя заставляет медведя нервно метаться, меняя направление в попытке уйти от жара. Подгоняемый огненными вспышками, косолапый альбинос вынужден двигаться всё ближе к обрыву.

Наконец, медведь достигает края и, потеряв опору, срывается вниз. За него я абсолютно спокоен — геномодифицированный, он переживёт падение. А вот настоятель не ожидал резкого движения.