Газлайтер. Том 4 (СИ)

— Да, уверен, им осталось недолго, — кивает инспектор, улыбнувшись. — Тем более, что у вас есть доказательство, кто им покровительствует.

Ах, вот к чему он ведет. Ну да, голословных обвинений маловато. Вину Вороновых должны подтверждать железобетонные факты. Дворяне как-никак.

— Как я уже сказал Евгению Станиславовичу Борзову, — замечаю. — Вину Вороновых подтверждают лишь воспоминания убитых мной бандитов.

— Это не проблема, — кивает Ефрем, впервые посмотрев на меня снисходительно. И почудилось, что вот это и есть истинная сущность инспектора — высокомерная, с гонором.

 — Я Чтец первого ранга Мастера и могу просканировать ваше сознание за минуту. Я слышал, вы телепат? Открывайте сознание, боли вы не почувствуете.

Хм, мужик-то нагловатый оказался. За минуту, значит? А кто тебе даст сканировать меня, интересно?

— Да, Ефрем Станиславович, телепат. Как удачно что вы тоже, — стараюсь держать вежливый тон. — Это упрощает дело. Давайте наладим пси-связь, и я передам вам воспоминания из сознания допрошенных бандитов.

— Наладим пси-связь? Тссс. А не много ли вы хотите, юноша? — Ефрем сужает глаза. — Я княжеский инспектор, мне поручено провести всестороннее расследование. Самим Борзовым поручено. Это вы сейчас снимите щиты и дадите полный доступ к своему сознанию, а я уж выберу оттуда всё, что мне нужно.

Да нет, я ошибся. Он не просто нагловатый, он без тормозов.

— Простите, конечно, сударь, — холодно замечаю. — Но я не вижу в этом никакой необходимости.

Вам нужны доказательства? Вы их способны получить по пси-каналу. Подделать воспоминания я не способен — на них останется отпечаток матрицы убитого бандита. Если вас что-то не устраивает в этом предложении, поделитесь со мной своими сомнениями и мы решим, как поступить.

Мой вежливый отказ становится для ревизора мощным раздражителем похлеще, чем красная тряпка для быка.

— «Мы решим»? — выцеживает он сквозь стиснутые зубы, резко придя в ярость. — Равняешь себя с княжеским человеком?! Ошибся я в тебе, а ведь показался нормальным парнем, готовым слушаться и исполнять указы старших.

— Я не подданный Морозовых, — хмурюсь. — Вы не имеете никакого права сканировать мое сознание. Тем более я нахожусь в близком родстве с офицером Царской армии, и мой разум может содержать конфиденциальные сведения. Вы же нарушили нормы поведения. Прошу вас немедленно покинуть базу царских охотников.

Я специально пытаюсь быть максимально вежливым.