Газлайтер. Том 5 (СИ)

Все проблемы и не перечислить, но явно процесс стопорит кто-то могущественный.

— Я даже знаю кто, — киваю без удивления. — Это сам барон Горнорудов.

— Горнорудов? — вскидывает брови «главный сокол». — Зачем же ему создавать сложности для проведения сделки? Если он передумал, то может просто отменить передачу фирмы. Как я понимаю, никакого письменного соглашения между вами нет.

— Соглашения нет, но барон не может отказаться от передачи, — объясняю в двух словах. — Ему жена велела отдать мне «Рабис», и всё что остается Горнорудову — это создавать различные мелкие пакости.

Ваши юристы могут продолжать вести сделку до тех пор, пока наконец не дожмут ее?

— Пока не возникло никаких непреодолимых препятствий, — отвечает пораженный моими словами Соколов. — Просто инстанции требуют больше документаций, а ее подготовка занимает время. Так что да, рано или поздно мы завершим передачу.

— Спасибо. Кстати, по телефону вы что-то говорили про герб, — подвожу к интересующей меня теме.

— Да, точно, — собирается с мыслями Виталий.

 — На самом деле раньше я бы и не подумал предложить тебе это. Но ты, Данила, одолел грута и Синюю Горгону, а также воскресил баронессу, поэтому, возможно, этот способ получить дворянство будет для тебя самый удобный. Хоть и очень опасный.

— О чем речь? — Я уже весь в нетерпении. Виталий Степанович — настоящий мастер создавать нагнетающие саспенсы.

— О победе над зверем багрового уровня угрозы, — поясняет «главный сокол». — Есть царский указ: тот гражданский, кто уничтожит «багрового» зверя, получит личное дворянство.

За последние пятнадцать лет таких случаев было всего около десяти.

— Не густо, — замечаю. — Как я понимаю, «багровый» — это большая редкость?

Древесный грут был угрозой красного уровня, Змейку же отнесли к оранжевому, то есть на ступень ниже. По-моему, это спорно, учитывая бестелесность змееволосой, но кто я такой чтобы судить царских аналитиков? Цветная шкала оценивает всё же не силу зверя, а урон и разрушения, которые он способен причинить. Видимо, телепатия грута грозит большими жертвами, чем когти Горгоны.

— Конечно, «багровые» звери — нечастые гости нашего мира, — соглашается Виталий. — Но и гражданские редко сталкивались с таким тяжеловесом, а если и сталкивались, то почти всегда речь шла вовсе не о том, чтобы победить зверя, а самим бы унести ноги.

— Сколько всего «багровых» приходило в Царство? — живо интересуюсь.

— За пятнадцать лет — двести пять, — разочаровывает меня Соколов. Цифра слишком мизерная.