Газлайтер. Том 6 (СИ)

Я долго не остаюсь у леди, лишь передаю приглашение на бал, которое англичанка радостно принимает.

— Скажи, Даниэль, а эти три девушки, что с тобой живут, — они твои безвенницы, да? — спрашивает Барбара с озорным блеском в глазах. — Вроде бы так это у вас в Царстве называется.

Безвенницы, безвенницы… Недавно мы с друзьями в школьной столовой вспомнили этот термин, а до этого я был о нем ни сном ни духом. Поводом стала Антонина Павловна, как ни странно. Тогда еще Светка возмущалась в своей манере:

— И как это понимать, Вещий? — вскидывалась блондинка.

— Почему Антонина Павловна всё еще живет у тебя? Что у вас за отношения?

— Разве не понятно, Свет? Она его будущая безвенница, — вдруг заметил Гриша, и Светка, вот нонсенс, разом успокоилась.

— А-а-а, понятно…Стоп! А почему будущая? — тут же загорелась блондинка, но уже без возмущения, а просто от любопытства.

Гриша лишь вздохнул и продолжил есть, пододвинув оливки своей Адии — казашка их любит.

— Потому что мы еще учимся, — на этот раз ответила Камила, и я чуть не заподозрил ее и казаха в телепатии.

— А я, как и Григорий, видимо, верю, что Данила бы не стал порочить честное имя Антонины Павловны сомнительными связями со своим учеником. Потому и «будущая», Светлана.

— Да я так-то тоже не верю, — сразу заоправдывалась блондинка. — Просто спросила.

А я тогда еще вспомнил, что мама тоже как-то возмущалась из-за Антонины Павловны. Но стоило Степану бросить: «безвенница», и Ирина сразу утихла. И всё стало просто и понятно всем. Кроме меня.

Потом я уже глянул в толковом словаре это слово. Что сказать? Многоженство в Царстве для большинства запрещено, но дворянам так сильно хочется иметь несколько жен, что появился статус официальной любовницы, не стоявшей под венцом — безвенница.

Между тем, Барбара продолжает смотреть с жгучим интересом.

— Я несовершеннолетний, леди, — улыбаюсь. — Мне пока что не положены безвенницы. Впрочем, так же как и «венницы».

Заинтригованная англичанка еще бы назадавала кучу вопросов — по глазам вижу, — но я срочно ретируюсь.

Мне еще с Антониной Павловной надо переговорить.

Нахожу учительницу за проверкой домашних работ в гостиной. Тут нарисовываюсь я и огорошиваю ее, что отныне она представительница князя Морозова в Будовске.

— Что?! — восклицает пораженная женщина. — Князя?!

— Да, и от всех сделок по сбыту мяса вам причитается процент, — киваю. — Так что лучше поскорее откройте депозит в банке специально под большой вклад. Ведь суммы очень приличные.