Газлайтер. Том 6 (СИ)

Теперь большого секрета, чем владели Зябликовы, для меня нет. Впрочем, ничего особенного я не нашел. Но некоторые вещи стоит попробовать, просто ради опыта. Так, например, у рода Зябликовых оригинальная связка пси-щитов. Может, дополню ей свою динамическую защиту.

Вообще же полезность Зябликовых лично для меня состоит отнюдь не в мощных техниках или накрученных конструктах, а в том, что вся их информация структурирована и упорядочена. Род как-никак. За свою долгую историю Зябликовы обзавелись собственной программой обучения родовой магии.

Вот бы попасть в их библиотеку. Парочка томов по телепатии бы пришлась очень кстати. Мне было бы проще сопоставить их методички со своим «костыльным» саморазвитием. Хотя и без книг будет результат, но я люблю, когда перед глазами текст.

К моему удивлению, Глеб, младший сынок князя, всё же потребовал меня наказать. Я так и не понял за что. Но Великопермский к нему даже не прислушался, вместо этого князь вызвал своего следователя-телепата, а также сам звякнул Степану.

Отчим приехал незамедлительно, стоило ему услышать слово «иномирянин».

Дальше было скучно. Гену увели на лечение и допрос. Я передал его воспоминания Степану и княжескому телепату, заодно поделился пси-кадрами из нашей битвы с Зябликовыми. Теперь-то всем до лампочки, из-за чего произошло столкновение с предателями Царя и Отечества, но пускай будет. Так спать спокойнее.

— Вот же мрази! — не выдержал князь, когда телепат подтвердили ему мои слова о предательстве Зябликовых.

— Каких змей, оказывается, пригрело мое княжество! А враг хитер!

— Еще как, — признал мрачный Степан.

— Ваше Сиятельство, — вставил я. — А что теперь будет с Геннадием Ефремовичем?

— В штрафбат загремит, — вместо князя вдруг ответил отчим. — Вешать нельзя. Хоть и однорукий, но как пушечное мясо вполне сойдет. Сейчас на Аномалии как раз нашествие огненных ежиков. С помощью штрафбатов их заманивают в ловушки.

Князь молча кивнул, соглашаясь.

— Михаил Ермолаевич, — продолжил Степан.

— Сегодня же, пожалуйста. передайте предателя царским охотникам.

— Конечно, только сам скажу ему пару ласковых на прощание! — прогремел Великопермский.

Ну и на том меня отпустили. Про библиотеку Зябликовых сейчас совсем не подходящее время спрашивать. Потом уточню, может, через Степана. Глеб Михайлович проводил меня недобрым взглядом, но больше не посмел заикаться о моем наказании. Странный какой-то сын у князя.