Газлайтер. Том 9 (СИ)

— Здесь парковка для инвалидов, а вы, судя по всему, никакой не инвалид.

Взглянув на лобовое стекло, я замечаю приклеенный листок со штрафом. Ясно, предъявили за парковку в неположенном месте. А ведь, знаков и разметок, правда, нет.

— Никитос, забей, — я подхожу к машине и распахиваю заднюю дверь. — Поехали.

Удрученный водитель, кивнув, запрыгивает за руль, и под злорадным взглядом жандарма мы отъезжаем на ближайший светофор. Рядом у тротуара стоит припаркованная полицейская машина, жиртрес как раз идет к ней с триумфальным выражением на расплывшемся лицом.

Причем из-под бампера его служебного транспорта выглядывает разметка инвалидного места.

— Шеф, вы видите! — возмущается Никитос по прибору связи. — Эта сволочь встала на «инвалиде», а штрафует нас! У него даже служебный маячок не включен! Он не имеет право там вставать!

— Ага, несправедливость налицо, — усмехаюсь в предвкушении. Ведь появился повод повеселиться.

Пока горит красный, я ментальным приказом подзываю уснувшего в теневом кармане Ломтика.

Заспанный щенок высовывает из тени зевающую мордочку. Телепатически передаю ему цель и задачу, и он ныряет обратно. Тут же в окне полицейской машины появляется моська Ломтика. И буквально через несколько секунд пёса возвращается к нам, в щенячьих глазах-бусинках горит восторг от того, что выполнил команду.

— Быстро ты сходил, — пораженно замечаю.

Я телепатически делюсь с Никитосом описанием операции Ломтика. Вдвоем ржать интереснее. Мы отъезжаем к тротуару и следим за жандармом.

Жиробас с трудом протискивается за руль. Пару минут у него уходит на борьбу с одышкой после пережитой ходьбы. Только когда дыхание успокаивается, патрульный принюхивается и опускает руки, лапая себя за зад. Глаза жандарма округляются.

— А-а-а-а! Дерьмо! — с ором он выпрыгивает из машины и кружит обляпанной пятой точкой. — Дерьмо! Откуда?!

Прохожие с удивлением смотрят на жандарма, вляпавшегося своим жирным задом куда бы ни следовало. Ну а мы, поржав, возвращаемся в резиденцию, чтобы наконец дособираться и точно покинуть гостепримную Францию.

— Неплохо ты слетал в Париж, Даня, — улыбается Красный Влад на следующий день, когда я предоставляю доклад о результатах моей командировки. — Совсем неплохо. Мы с Государем отправили тебя просто показаться французам да публично объявить требование на Шуаньи, чтобы Семен Семеныч клещами вцепился в Кишелье и не отпускал, а ты взял и вернул себе родовые земли. Оставил Банкратова без работы.