Газлайтер. Том 9 (СИ)

Но Фирсова, как всегда, не задевает — он оказывается на практически единственном пятачке земли, куда пси-гранаты не прилетают.

Но за миг до того, как Устранитель появляется там, я срываюсь с места. На моем лице возникает ухмылка до ушей. Ведь я специально оставил этот пятачок нетронутым как приманку. Не знаю, что там спасает Фирсова — Провидческий Дар или чутье ассасина — но я предугадал его поступок и загнал куда нужно!

Еще до удара Фирсов понимает, что ему прилетит. Видимо, опять Провидческий Дар. Только уже не успевает отскочить.

Я усилился и ускорился до максимума и как таран вбиваю Устранителя в дерево за его спиной. Каким бы опытным мужик ни был, его реакции далеко до физика.

Треск древесной коры и переломанной кости бьет по ушам. Ничего не понятно. В полете Фирсов успевает от души долбануть меня псионикой, как и я его. Аррр, неприятно… Глаза застилает туман.

Пытаюсь прийти в себя. Я мотаю головой и оглядываюсь.

Мы с Фирсовым оба лежим на траве. Шатаясь, я встаю. В голове звенят колокола — щиты, хоть и потрескались, но выдержали.

Вернее, включились запасные, позаимствованные из памяти Грандамастера. Пока только их успел освоить из всего багажа знаний Стяжковых.

Фирсов, кстати, тоже в сознании. Баюкает сломанную руку.

— Филинов сумел удивить, — рычит Устранитель, отползая от меня. Его бесцветные глаза впервые кажутся живыми.

Встряхиваю головой и анализирую состояние учителя. Рука сломана, нога тоже какая-то кривая, а щиты целы.

— Вещий-Филинов — попрошу, — бормочу непослушным языком.

Хромая, я топаю к Устранителю. Ноги переставляются медленно-медленно, с надрывом, будто и вовсе не мои. Всё-таки хорошо он меня приложил. Чуть не оглушил словно рыбу. Но я выдержал, хе.

Скрежеща зубами, Фирсов отползает, а я плетусь следом. Лиловый туман уже развеялся. В сторонке Смородина в шоке смотрит за этой битвой инвалидов.

Ментальные щупы Фирсова вцепляются в мои щиты. Яростный крик вырывается из моего горла. Я даже не пытаюсь отбить атаку, а просто прыгаю на учителя и хреначу кулаком в его скулу.

Кулаком, окутанным псионическим облаком. Пара ударов, и учительская нижняя челюсть съезжает наискось в сторону, а сам Устранитель отключается. Ну всё, место старосты мое. Теперь вместе с учителем буду составлять учебный план.

— Ох, мои-и перепонки-и! — я со стоном переворачиваюсь на траву и пытаюсь прогнать звезды, мелькающие перед глазами. Напоследок Фиросов умудрился-таки крепко по мне съездить.