Газлайтер. Том 10 (СИ)

— Я бы хотел рискнуть, — улыбаюсь, и девушка, словно заражаясь моей мимикой, тоже приподнимает уголки губ.

— Риск — благородное дело. Завтра постараюсь передать вам фолиант.

А сегодня барышня на удивление очень вежлива. Неужели дуэль вразумила?

— Благодарю, — что ж, на этом можно и покидать столь гостеприимный этаж, пока Бирюзов-младший не стёр в пыль стиснутые зубы.

— Данила Степанович, подождите, — Оксана отворачивается к сумке на подоконнике и достает яркую пригласительную открытку. — В пятницу я организую вечеринку в честь начала учебного года.

— Оксан, это же вечеринка для старшекурсников, — вскипает Бирюзов. — Только для своих.

— Верно, Гоша, — кивает Оксана. — Но в любом правиле должно быть исключение.

— Пригласительный один, а я с женами, — отвечаю я, и барышня понимающе улыбается:

— Да, конечно, приходите с супругами, граф.

Славно. Почему бы не развеяться вместе со своими ненаглядными? Может и заодно сдружимся с Митовичами. Всё же это древний род телепатов, а наше общение началось с обмена мнений при помощи кулаков, что как-то не по-телепатски.

Глава 20

Легенда от Охранки

Учеба идет дальше. Устранение проходит на удивление гладко. Просто лекция, без практических занятий. Фирсов почти не глумился над нами, пара издевок не в счет. Ожидалось гораздо больше, но расслабляться, конечно, рано.

После пары Фирсов просит меня задержаться в кабинете.

— Да, наставник? — улыбаюсь. — Хотите дать мудрый совет своему любимому ученику?"

"Устранитель морщится, как от горькой пилюли, и молча дожидается, пока все ученики покинут кабинет.

— Замстароста, идите-идите. В другой раз поворкуете со своим обожаемым старостой-падишахом.

Щеки девушки краснеют. Она, запинаясь, щебечет:

— Я не…ни с кем никогда не ворковала, господин учитель! Тем более с женатыми мужчинами! — обиженно всплескивает руками.

Стиснув на плече лямку сумки, девушка резко отворачивается и уходит. Напоследок громко хлопает дверь.

— Надо же какие нынче нежные барышни, — фыркает Фирсов, а у самого глаза довольно поблескивают.

— В вашу молодость разве жили другие? — уточняю с вежливой улыбкой. — А учителя тоже были бесцеремонными?

— Когда-нибудь ты у меня договоришься, Филинов, — грозит пальцем ликвидатор.