Конечно, я не собираюсь заряжать портал за свой счет. Просто выиграл себе время, чтобы нащупать энергоканал, уходящий из портала в источник извне. Сейчас по нему идёт отсос маны, а мы сделаем наоборот, чтобы прикатывало — и порталу, и нам. Уф, сразу пошёл заряд бодрости. Захотелось рвануть торпедой вверх до самой луны.
«Ну что, бородавочный? Рад?» — спрашиваю Жорика, и тот довольно поквакивает, но не мне, а больше в сторону. Тащится животина.
— Даня! — рядом оказывается Светка. Она вся светится от удовольствия: глаза сияют, на лице горит азартный румянец.
Сейчас будет отчитываться о победе. Вон уже горделивая стойка победительницы подготовлена: спина выпрямлена в струну, ноги вместе, руки по швам. — Даня… Кхм… Мой конунг-супруг! Враги разбиты! Пленные взяты для допроса!
— Хорошая новость, дроттинг, — киваю одобряюще, и блондинка искрится ещё большим довольством.
Что ж, языки есть, Золотой Дракон покорён, но главное — открыта дорога на Боевой материк, родину моих тавров. И что же мне со всем этим делать?
Ха, конечно же, осваивать.
Глава 23
Шиноби от Сасаки
За что я уважаю японцев, так это за умение сказать «спасибо». Они ценят своих союзников и всячески им помогают. Мы встали лагерем у портала, и род Кимадзаро предоставил нам всё необходимое: шатры, боеприпасы, сотню слуг, горячую воду, изысканные пайки, в том числе жареную утку «Хоккайдо» специально для Ломтика. А еще Дзиро-сама отдал нам в помощь сорок гвардейцев с огнестрелом и артиллерией. Причем возглавляет отряд несравненная Сая, гроза лягушек.
Или это наоборот лягушки — гроза юной японки? В общем, неважно. Я так тогда точно и не понял, что случилось у бамбукового фонтана. Но вот почему-то Сая, заявив, что пойдет вместе со мной на Ту Сторону, вдруг брякнула:
— Ты рад, господин Данила?
Я удивленно посмотрел на японку поверх жареной утиной ноги. Еще пристальнее на Саю глянули мои жены да так, что девушка засмущалась и пробубнила что-то невнятное.
— Мы с «сестрами» рады, — холодно, без улыбки сказала Камила.
— Ага, очень, — подтвердила Лена, тоже без теплоты в голосе. Раньше она так не умела, доброй души была малышка, ну чему только не научит жизнь с искушенными «сестрами». Многоженство — страшная сила. Оно меняет людей до неузнаваемости. Вот взять меня — так зажрался, что на других баб пока даже не смотрю. Не тянет да и всё. Когда бы такое раньше было?
— Спасибо, графини, — между тем пролепетала Сая и поспешила свалить в сумрак.
