Основную массу мы могли бы положить одним залпом, но сами тавры этого еще не понимали.
— Братья! — громыхнул еще тогдашний конунг Булграмм в гранитном доспехе. — Мы шли на бой с ярлом Гурбухом Поносным, но боги закинули нас на испытание в эту крепость! Докажем же богам нашу силу! Убьем этих несчастных!
Несчастных? Ну, это он зря.
— Предупреждающий! — крикнул я, дублируя команду ментальным посланием.
Тут же громыхнули пулеметы и ручные громобои. Плюс еще Шаровой устроил электрическое представление в небе, зигзаги молний заплясали в танце.
Гвардейцы же стреляли в землю. Рикошета мы не боялись — все наши были либо в доспехах, либо с защитными зеркалами. Зато часть пуль отскочила в тавров, одному даже рог отсобачило. Как оказалось, только треть из них имела защитные артефакты. Зато антителепатические бусинки в бородах имел каждый второй.
Тогда иномиряне поумерили пыл, но страха в их глубоко посаженных глазах не было, только поиск путей к победе. Некоторое время Булграмм пилил меня огненным взглядом.
— Значит, так, — заговорил конунг, играя мускулами на руке, сжимающей меч.
— Ты, малыш, тут главный?
— Малыш у тебя в штанах, — ответил я. — А я — главный, верно.
Фирсов все равно еще лежал в отключке, так что мне приходилось быть Исполняющим обязанности командира
— Чувствую в тебе Дар Камня, — раздул ноздри Булграмм. — А потому тебе повезло. Я, Булграмм Великорогий, объявляю тебе Больмганг. Мало кто заслуживал подобной чести, и ты не заслуживаешь, так что не обольщайся, но можешь поблагодарить свои непонятные шумоделы, — качнул рогами в сторону пулеметов.
— Что такое Больмганг? — спросил я, искренне надеясь, что это не рэп-батл. В викингских песнопениях я точно не силен.
— Смертельный поединок за власть, — бросил Булграмм, и у меня от души сразу отлегло. — Победитель получает всё: оба войска, титул и женщин противника, — он глянул на моих жен и фыркнул. — Твои женщины молоды и смогут понести мне сильных сыновей.
Стоит ли говорить, что мои жены тут же яростно сверкнули глазами.
— Когда я сломаю тебе рога, — сказал я спокойно. — Ты извинишься перед моими женами.
— Хорошо, — громогласно засмеялся рогач. — Если ты меня победишь и оставишь в живых, я извинюсь.
Что же, ясно одно — с этими рогатыми нет смысла говорить о мире. Слишком они воинственные и охочие до драк. Странник знал, куда открыть «нору».
Приготовления были короткими. Сначала мне нужна была энергия. Бой со Странником сильно вымотал организм, а потому необходимы еще пластыри.
