Газлайтер. Том 15 (СИ)

Студень медленно кивает, будто открывая для себя целый мир возможностей.

— Спасибо, шеф! — произносит он горячо. — Я даже не думал, что…

— Теперь будешь думать, — перебиваю, хлопнув его по плечу. — Продолжим работать над этим. Мне понравилось. Пойдем на полигон. Часик у нас есть перед отлетом.

Студень с готовностью кивает и мы топаем вниз. Час проходит на удивление продуктивно. Он впитывает новые техники и уловки как губка, адаптируя свою Слизь под разные боевые сценарии. Студень обучился новым фичам и теперь в Москве не пропадет.

Его обязательно вызовут на дуэль мои недоброжелатели, я в этом уверен, но бывалый гвардеец задаст им жару. Москвичи навсегда запомнят, как связываться с моими гвардейцами.

* * *

Аэродром Невинска оживлён, словно встрепенувшийся улей. Мы с жёнами, вассалами, Дубным, Змейкой, Настей и учителями жён садимся на борт.

Золотой будет следовать за нами. Ему полезны такие упражнения, да и зрелище он создаёт незабываемое. Кстати о зрелище…

Я открываю канал связи и связываюсь с капитаном воздушного судна:

— Снизьте скорость при приближении к столице.

Дождёмся Золотого.

— Сделаем, господин.

Пока самолёт набирает высоту и плавно разворачивается в сторону столицы, я выглядываю в иллюминатор. Прозрачное стекло даёт отличный вид на золотистую чешую нашего воздушного сопровождающего. Его силуэт мелькает вдали, и через несколько минут массивная фигура дракона вырисовывается на фоне голубого неба.

— Хочешь пофорсить, Дань, — смекает Лена.

— Круто. Жители Первопрестольной заценят, — поддерживает Светка.

Ровно через час «Ладога» снижает скорость, и вскоре Золотой легко пристроился рядом, словно бы следуя за нашим курсом.

Когда мы начинаем спускаться, внизу вырисовываются толпы людей. Они указывают на нас пальцами, кто-то взволнованно машет руками, явно не зная, что делать от восторга. Фотографии, видео — всё это будет разлетаться по новостям. Мы привлекли внимание всей Москвы, как и планировалось.

Приземление проходит плавно, шасси мягко касается взлётной полосы.

Выходим на свежий московский воздух, и едва я ступаю на бетон, тут же слышу рёв. Золотой, приземлившийся чуть поодаль, складывает крылья и, издав низкий гортанный звук, ступает вперёд. Его когти врезаются в покрытие полосы, оставляя глубокие следы.

«Добро пожаловать в Москву, желточешуйчатый»— с лёгкой усмешкой говорю по мыслеречи.

Золотой рыкнул устало. Ну да, утомился столько лететь.

* * *"

"В усадьбе нас встречают… кто бы сомневался, мама и Степан.