Ледзор смотрит на меня тяжёлым взглядом:
— То есть это ловушка?
— Именно. Мы попали в неё, — спокойно подтверждаю я. — Но теперь наша задача — найти способ избавиться от вируса.
Я возвращаюсь к табличкам, пытаясь найти хоть что-то, что поможет нам разобраться в этой каше. Ситуация становится всё более странной. Монахи не просто занимались разработкой экспериментального оружия — они превратили его в своеобразную охранную систему. Любой, кто приблизится слишком близко, автоматически попадает под удар.
У меня закрадывается подозрение: без Гагера здесь не обошлось.
Этот ушлый лорд наверняка подсказал монахам, что я умею проникать в самые защищённые крепости и замки. Для него выудить такую информацию — задача из разряда «раскопать мизинцем».
— Ну, нашёл что-нибудь полезное? — не унимается Ледзор.
Красивая тут же подходит ближе и начинает тереться спиной о моё бедро, вся взволнованная и явно не собирающаяся оставить меня в покое. Они, кажется, сговорились — не дать мне спокойно изучить записи.
— Может быть, — бормочу я рассеянно, не поднимая глаз от табличек. Пальцы перебирают одну за другой, взгляд быстро выхватывает ключевые фразы. — Надеюсь, что недолго осталось. Хотя, знаете, если бы мне не мешали, я мог бы быть в этом абсолютно уверен.
Последнюю фразу сопровождает быстрый взгляд на Ледзора и тигрицу. Они, конечно, притихают, но ненадолго — оба явно не из тех, кто умеет сидеть сложа руки.
Ледзор вдруг хмуро улыбается, и его голос звучит с грубоватой, почти весёлой игривостью:
— Хо-хо.
Давненько не приходилось жить с сюрпризом в завтрашнем дне. Ну что, граф, какие планы на продолжение банкета?
Я отрываю взгляд от табличек, аккуратно складывая их стопкой на ближайший стол. Вдруг еще пригодятся.
— Много чего можно сделать, — отвечаю неопределённо, но тут Ледзор продолжает, явно задумавшись о своём:
— Слушай, граф, а если вдруг враг возьмёт нас под контроль? Мы же не должны… ну, самоубиться, чтобы не стать их оружием? — он бросает сомнительный взгляд на свой топор, словно уже начинает прикидывать, куда лучше его применить.
Тигрица мгновенно обрушивает на него взгляд, полный явного осуждения. Смотрит на Одиннадцатипалого как на дебила. Да и я, честно говоря, не удерживаюсь от того же:
— Сплюнь, — фыркаю. — Ну ты и придумал, конечно.
Ледзор только пожимает плечами и усмехается в бороду. Я же шагаю к выходу.
— Идём дальше. Нам нужно понять, что монахи скрывают в этой обители. На это и сосредоточимся.
