Соответственно, всё моё внимание предназначено исключительно для жены и невесты.
Мы поднимаемся на борт, и Гришка теряется. Он явно ожидал менее официального общества. Лена тут же замечает его замешательство. С лёгкой укоризной спрашивает, поправляя волосы:
— А почему ты не взял с собой свою супругу Адию?
Гришка мнётся, нервно чешет затылок и усаживается, стараясь казаться непринуждённым. Получается, мягко говоря, не очень.
— Ну, мы с Данилой договаривались прийти с девочками, — бурчит он и в свою очередь с укором смотрит уже на меня.
Я с улыбкой замечаю:
— Так я и взял «девочек», разве нет?
Да и когда мне ещё с куртизанками гулять? Мне бы своих жён успевать прогуливать.
Лена и Настя довольно переглядываются, а Гришка смущённо уходит от темы, сделав вид, будто бутерброды с икрой требуют его немедленного внимания.
Плавание начинается спокойно. Яхта уже около часа уверенно скользит по волнам открытого моря, но пираты так и не показываются. Гришка, разглядывая горизонт, шутит:
— Ну вот, ни одного пирата.
Видишь, всё спокойно.
— Удивительно, — отвечаю я, притворно хмурясь. — Обычно к этому времени уже кого-нибудь да встречаем. Твои гвардейцы, и правда, неплохо поработали.
Но, похоже, сглазил: вдали появляется пиратская шхуна. Судно парусное, хотя мотор у них, конечно, тоже есть. Зачем им паруса в такой комбинации? Без понятия, но выглядит эффектно. Главное другое — отсутствие флагов, явный и безошибочный признак пиратства. Указываю на неё и бросаю:
— Всё-таки один попался.
Гришка хмурится, разглядывая приближающийся корабль:
— Эх, ещё не всех вывели.
Пираты, заметив нас, сразу начинают разворачиваться и пытаться уйти. Видимо, их сканеры засекли, что на борту находится аж целый Грандмастер, и решили не искушать судьбу. Но отпускать их так просто никто не собирается.
— Догоняем, — коротко приказываю.
Гришка бросает гвардейцу у штурвала команду, и яхта резко набирает скорость.
Когда наконец догоняем пиратскую шхуну, вместо ожидаемой схватки нас ждет разочарование Команда шхуны выбегает на палубу с высоко поднятыми руками.
Ни бряцания оружия, ни злобных выкриков, ни даже тени попытки оказать сопротивление. Перебивая друг друга, пираты наперебой просят пощады и объявляют о капитуляции.
Я, недовольно качая головой, говорю по мыслеречи, чтобы не напрягать голос:
— Ну что ж, раз сдаётесь, направляйтесь к береговой охране. Только имейте в виду: если вдруг передумаете по дороге… второй попытки у вас не будет.
