Газлайтер. Том 26

А уже спустя час мы с ней и Змейкой подъезжаем к гвардейской базе.

Во дворе кипит суета. Альвы загружаются в джипы с откинутыми верхами — тридцать бойцов, все в камуфляже и бронешлемах. Между машинами сновала Зела, подавая команды чётким, командным голосом. Сама воительница осталась в своем привычном наряде из одних лишь кожаных ремней.

Ко мне подходит Бер, чуть прикрыв ладонью глаза от солнца:

— Ребята готовы, Данила. Кстати, она с нами едет? — кивает в сторону 'Бурана, на капоте которого под лучами весеннего солнца вальяжно разлеглась Красивая.

Мех у неё переливается, глаза прищурены от него, хвост чуть подрагивает. — А то пришла и развалилась, понимаешь ли.

— Сейчас уточню. Скоро выдвигаемся, — киваю Беру, и он уходит грузиться."

"Я подхожу к капоту, на котором всё так же вальяжно возлежит Красивая, и, остановившись рядом, вежливо спрашиваю:

— Сударыня, вы с нами?

Тигрица в ответ лениво машет хвостом. Ну надо же, заскучала сударыня в Невинске.

Не успеваю и шаг сделать, как из ниоткуда появляется Змейка.

С характерным «ррр» и медными когтями наготове она тут же сигает в кузов «Бурана», затем выскакивает и куда-то уносится.

Рядом Ледзор сидит на корточках и методично полирует топор, словно медитирует. А на крыше базы развалился драконыч Зубастик. Его обступили Мушка и выводок — пятеро мелких, крохотных дракош, которые уже учатся жужжать, махать крыльями и злобно фыркать. Мушку, увы, с собой брать нельзя — а жаль. Она по размерам Зубастика превосходит и, будь на месте, точно произвела бы на снежных великанов куда большее впечатление, чем её супруг.

Но дракониха в декрете. Пусть остаётся — материнство важнее вылазки.

Ещё минут десять, и будем выдвигаться. К Шпилю Теней, в нужную нам точку, также с Боевого материка подъедет рота тавров.

Настя подходит ко мне, тревожно, будто раздумывая — стоит ли. Встала рядом, прижав руки к лямкам камуфляжной майки:

— Спасибо, что взял с собой на вылазку, Даня.

— На здоровье, Анастасия Павловна, — отвечаю.

Что-то с Настей явно не так. Вид у неё слегка виноватый. Может, что-то в Москве случилось? Ладно, вопросы оставлю до вечера.

Ледзор вышел из транса и, выпрямившись, довольно оглядел заточенный топор. Кивнул мне и метнул взгляд на колонну машин:

— Хо-хо-хо, граф. А почему джипы сверху открытые? Пыли же наглотаются остроухие.

Усмехаюсь:

— Сразу накроем, как только проедем крестьянские деревни. Это же PR-кампания, Ледзор.