Газлайтер. Том 3

 — Животина теперь никуда не убежит."

"Я прислушиваюсь к себе, проверяю резерв оставшихся сил. В целом нормально пока еще. Но вообще, согласен с Настей. В серьезном деле лучше не торопиться. Всё-таки внутри зверя сидит человеческое сознание, с ним надо быть поаккуратнее.

Заметив проходящего мимо слугу, Еремей окликает его и отходит, чтобы дать распоряжение. Настя оборачивается ко мне и смотрит как-то странно. У меня нет никакого желания играть в гляделки, и я спрашиваю:

— Настя, у меня что-то на лице?

— Нет, — смущается она.

 — Просто вспомнила, что ты видел меня волчицей.

— Незабываемое зрелище, — киваю.

Она смеется.

— А если серьезно, то как я тебе?

— Вы симпатичны в любом облике, Ваше сиятельство, — низко кланяюсь.

— Я же просила просто Настя, — наигранно хмурится.

— В исключительных случая у меня язык не поднимется сказать тебе «просто Настя», — серьезно отвечаю, и в ответ удостаиваюсь довольной усмешки.

Появляется Еремей, просит пройти в дом, мол, ужин сейчас накроют. За трапезой Настя и Еремей придаются общим воспоминаниям, я же в основном молча ем и слушаю.

— Когда вы хотите заняться Геной? — спрашивает хозяин усадьбы.

— Заняться, наверное, всё же завтра, — решаю, подумав. — Но проведать хотелось бы и сегодня.

— Да, я тоже гляну, — вставляет Настя. — Всё же это, возможно, единственный способ для меня увидеть маму.

После ужина заглядываем во временные апартаменты Гены. Горыныча поместили в просторную камеру из бронированного стекла, которую вдобавок загородили титановыми прутьями.

Серьезная клетка. Крокодильчик отсюда точно не выберется. Еремей еще поставил людей для охраны. Бравые гвардейцы стоят и глаз не спускают со зверя.

— Ты чувствуешь ее? — взволнованно спрашивает меня Настя.

Вот ее вопрос в точку. Я действительно что-то почувствовал. Внутри Гены пульсировал маленький красный клубок чужой матрицы. При первой встрече я не заметил в горыныче потусторонний ментал. А сейчас он сам будто всплыл на поверхность. Но почему?

Замечаю, как зверь пристально смотрит на Настю.

Желтые глаза буквально впились в девушку. Неужели материнский фрагмент сознания почувствовал родную кровь и ожил? Необычно.

— Да, чувствую, — отвечаю барышне. — И, кажется, она узнала тебя.

— Правда? — Настя радостно подается к клетке и касается рукой стекла. Зверь, застыв, смотрит на нее. — Надеюсь, у тебя всё получится завтра, Даня.

— Да, я тоже.

И мы уходим спать.

Покои мне выделили просторные. Кровать мягкая и приятная.