Газлайтер. Том 6 (СИ)

— У вас три минуты, — вынужденно произносит старший гвардеец. — У меня приказ срочно доставить вас домой.

Княжна отходит и быстро набирает отца. Разговор длится всего минуту, потом Зина цокает шпильками обратно и протягивает мне мобильник.

— Данила, Степан Алексеевич просит тебя, — дрогнувшим голоском произносит она. Видимо, уже получила от папки.

— Данила Вещий слушает, — произношу я в мобильник.

— Данила, — тяжело произносит князь Паскевич. Под весом его голоса мне даже захотелось присесть.

— В общем, претензий к тебе я не имею. Не знаю, почему Хоренов вдруг оборзел и напал на Зину…

— Он напал не на Зинаиду Степановну, княже, — смело прерываю. — А на меня. У нас с графом идет война. А Зинаида Степановна приехала ко мне домой тайком на такси, вот люди графа ее и не опознали. Сразу скажу — я без понятия о причине скрытного визита княжны."

"Кажется, Паскевич обомлел от моих слов. Ну да, я сразу вывалил ему всё как есть. А зачем скрывать? Лучше так, чем он на эмоциях сделает что-то непоправимое, например, объявит войну Хореновым, а потом будет в этом винить меня.

— Кхм…мха… гмм, хорошо, что ты сказал это, — выдавливает князь. — Что ж, Хореновы всё равно напали на мою дочь и ответят за это. А ты всё равно ее защитил, по ее словам. Поэтому ты должен приехать и обсудить со мной эту вашу войну.

— Вы гарантируете мою безопасность, если я приеду? — не могу я не уточнить. И тут же переключаю связь на громкую.

— Конечно! — раздраженно отвечает Паскевич. — Ты же едешь в качестве гостя.

Кислотник хмурится, а я усмехаюсь ему в лицо и даю князю положительный ответ. Затем прерываю разговор и любезно сообщаю кислотнику, что да, поеду в гости. Действительно, если Паскевичи намерены и дальше давить Хореновых, мне есть что с ними обсудить. Например, дележку трофеев, хе.

В итоге я отправляюсь на «тигре» Паскевичах. Не знаю, уцелел ли в гараже арендованный «Майбах», да и некогда проверять.

Нам с княжной выделяют одну машину в середине колонны. Больше в салоне никого нет, кроме водителя. И вот сидим мы вдвоем с Зиной, а она то и дело поправляет короткую юбчонку, постоянно уползающую вверх, и молча грустит. А потом вдруг не выдерживает, и на ее ресницах появляются слезы.

— Простите, — хлюпая носом, она спешно отворачивается к окну.

— Возьми, — достаю бинт из кармана разгрузки — я всё еще в камуфляже.