Газлайтер. Том 8 (СИ)

— Опять за заказом?! — раздается изнутри старческий ворчливый голос. — Да сколько можно, стервятники поганые! Дайте мне отдохнуть!

Я вхожу в комнату, заваленную всякими вещами — зеркалами, оружием, ювелирными украшениями и обрывками ткани. За столом сидит старый широкоплечий казид со светлой бородой, лицо у него недовольное и злое, да и сам он весь прямо источает раздражение, может быть, от того что стал не с той ноги, чему, наверняка, немало способствовали кандалы на той же самой ноге.

— Отдыхайте на здоровье, сударь, — с щедрой руки разрешаю я, затем возвращаюсь назад в коридор и по очереди затаскиваю тела в комнату.

Снова захожу в комнату и закрываю дверь изнутри и оглядываюсь на старика. Выглядит он теперь несказанно удивленным.

— Ну что, сударь, не расскажите почему я не могу прочитать ваши мысли?

— Так ты — Чтец?! — восклицает он.

— Чтец?

— Тот, кто читает чужие мысли, — объясняет дед, почесав голову. — Кандалы мешают тебе читать меня. Они антимагические — блокируют всю магию внутри моего естества, в том числе и чужеродную. Если бы не путы, разве терпел бы я заточение?

— А вы, как понимаю, белый казид? — подмечаю я светлую бороду старика.

— Верно, — кивает он. — Я — Гумалин Хмельный. Зачем ты пробрался в Город-под-Горой, чужеземец?

— Сам еще не знаю, — я с интересом оглядываю хлам вокруг.

— Конечно! — даже обижается Гумалин. — Каждая вещь здесь выполнена мной. Эти артефакты не постыдили бы самого короля белых казидов.

— Артефакты? — только теперь я замечаю на предметах росчерки рун. С интересом вытаскиваю из кучи маленький арбалет с заряженными тремя болтами. — Так вы артефактор?

— Я — руномастер, — недовольно поправляет Гумалин. — Чужеземец, сейчас же положи это на место…

Распахивается дверь, и на пороге заявляется свирепого вида казид с топором.

— Какого хрена вы покинули пост, обормоты! — ревет он и осекается, увидев трупы на полу.

У крикуна в бороде сверкают пресловутые бусинки. Значит, телепатия бесполезна. Я, недолго думая, спускаю курок арбалета, и в глаз казиду прилетает железный болт. Только снаряд буквально сразу превращается в какую-то медовую янтарную слякоть.

— А-а-а-а! — хватается за голову Гумалин.