Рэй наблюдал за ней, разглядывая ее фигуру, не стесняясь Дороти, которая опустила не одобряющий взгляд в чашку с дымящимся чаем.
— Почему ты меня прогоняешь? — обижено спросил он. — Я, как-никак, соскучился!
— У тебя найдется занятие поинтереснее, чем сидеть здесь с нами, например, пойти потратить нечестно выигранные деньги, которые ты у меня отобрал!
— Ну, не сердить, малышка. Знаешь, как я их потрачу? Я добавлю к этим деньгам еще и куплю для тебя подарок.
Кэрол промолчала, поставив перед ним чашку с чаем.
— Что ж, наслаждайся чаем и болтай «по-женски» с Дороти, раз так хотел, а я пошла к Куртни. Извини, Дороти, мы посидим с тобой завтра.
Она вышла из кухни, а он поспешил следом, даже не прикоснувшись к чаю. Дороти красноречиво сплюнула ему вслед и, поднявшись, стала убирать со стола.
— Ну, погоди! Кэрол! Не обижайся, я молю тебя о прощении! — Рэй догнал ее и остановил, схватив за руку. — Ты же знаешь, что я просто дурачусь.
— Хорошо, Рэй, только отстань от меня, — раздраженно отозвалась Кэрол, вырывая у него свою руку.
На лице его отразилась обида, и Кэрол раскаялась в своей грубости. Да, ей очень плохо, она зла и раздражительна, но он-то тут не при чем.
— Рэй, извини, я не хотела, просто я… я… — она отвернулась, чувствуя, как к глазам подкатили слезы.
Он тяжело вздохнул.
— Я понимаю, можешь не объяснять.
— Скажи мне… ведь ты же мужчина, — с отчаянием прошептала она, не поворачиваясь к нему лицом. — Рэй, ближе тебя у меня больше нет никого из мужчин… теперь.
Я… я просто не могу понять…
Он подошел к ней сзади и обнял за плечи, стараясь, чтобы это походило на дружеское объятие.
— Дело не в тебе, солнышко, поверь мне, это он такой. Он просто не оценил то, что имел. Тебя.
— Даяна… она очень красивая.
— Да, и что с того? Не надо искать ему оправдание, Кэрол. Он этого не стоит. Он тебя не стоит. Брось его. Он будет так поступать с тобой и дальше. Не позволяй. Заставь его пожалеть. Пусть жалеет всю жизнь. Ты достойна лучшего. Он не единственный мужчина на свете.
Ты не останешься одна. Найдется тот, кто будет тебя любить и ценить… тебя и твоего сына, — тихо говорил Рэй, с трепетом вдыхая запах ее волос. — Ты молода, ты так красива… И ты… ты самая лучшая из женщин…
Отстранившись, Кэрол обернулась и посмотрела на него больными глазами. Медленно отступила от него. Губы ее задрожали.
— А ты… ты когда-нибудь говорил эти слова своей жене?
Рэй растерялся, с изумлением приподняв брови."
"— Не говорил.
