Где я, там смерть

Джек любит Патрика, никогда не причинит ему вреда, и он лучше нее знает, что делать в таких щекотливых ситуациях.

Как и говорил Джек, удовлетворив свое любопытство, Патрик быстро об этом забыл, переключив свое детское внимание на более безобидные и невинные вещи, не вызывающие беспокойства у Кэрол.

Иногда, смотря на мальчика, она представляла себе Джека в таком возрасте. Это легко было сделать, потому что Патрик так сильно походил на него не только внешностью, но и нравом. Но Кэрол не хотела, чтобы он перенял все черты характера своего отца.

Смотря на обнаженного мужа, раскинувшегося на постели в усталости и блаженстве, лежащего на животе, вытянув стройное тело и медленно погружающегося в спокойный сон, она почувствовала, как по лицу побежали слезы. И в этот момент она вдруг поняла, как любит его. Странно, что она поняла это только тогда, когда эта любовь стала рушиться и ускользать от нее.

Бесшумно она ушла в ванную комнату.

Включив душ, она села на дно ванны и, сжавшись под теплыми струями воды, беззвучно разрыдалась, чувствуя, как разрывается в груди сердце. Разрывается, разрывается, и все никак не разорвется. Странно, а она думала, что сердце ее умерло, когда погиб Мэтт. Лучше бы так и было. Когда оно, несчастное, наконец, разорвется, и она никогда больше не будет чувствовать боль?

Утром, собираясь на работу, Джек разбудил ее нежным поцелуем.

Кэрол с трудом разлепила опухшие от слез веки и сонно взглянула на него.

— Не хотел тебя будить, но вчера я забыл тебе кое-что сказать, а сейчас вспомнил и не удержался, чтобы тебя не порадовать. Смотри, — он показал ей серебряную ручку и широко улыбнулся. — Я нашел ее вчера!

— Нашел? Где? — пробормотала Кэрол хриплым со сна голосом, приподнимаясь в постели. Увидев ручку, она задрожала, чувствуя, как ее бросило в жар.

— В своем кабинете в офисе. Как я и думал, я засунул ее в одну из папок с документами, — ответил он, завязывая галстук и положив ручку на столик. — Я теперь боюсь носить ее с собой. Пусть пока полежит дома. Буду ей пользоваться здесь. Ну, теперь ты на меня не сердишься?

— Нет.

— Вот и прекрасно. Значит, теперь я могу ехать и работать спокойно, — наклонившись, он поцеловал ее в губы. — Кстати, вчера приходил в офис твой друг детства.