Где наша не пропадала. Книга 2

У него в разработках были довольно интересные проекты, которые я время от времени спонсировал. Три года назад, узнав о затруднительном финансовом положении ученого, я в очередной раз предложил ему свою поддержку и помощь. Но он не захотел брать деньги, предложив купить на период парада планет контракт на его дочь. И сделал Резарт Агани это не из-за стремления к наживе, а чтобы устроить Илди в надежные руки. Все же он не молод, да и знания свои ему хотелось бы передать не только дочери, но, по возможности, дальше по мужской линии, например, внуку.

И не просто передать, а быть уверенным, что их используют если и не на благо людей, то хотя бы не во вред."

"Внимательнее присмотревшись к молодой женщине, я не мог не отметить, как она расцвела. Беременность ей к лицу. Кто бы мог подумать, что то, над чем Агани бился всю жизнь, сможет осуществить его дочь. Обнародование факта о возможности зачать долгожителями ребенка не только в период парада планет, произведет фурор. После этого девушке нужна будет очень серьезная охрана.

За возможность получить эти данные в свое распоряжение, долгожители будут биться насмерть. По имеющейся у меня информации, Олдер (а за ним мои люди следили с момента как моя достойнейшая покинула Лауваль) вполне сможет защитить свою женщину. О том, что эта парочка собирается в ближайшее время посетить храм, мне Илди призналась тогда же, когда рассказала о беременности и попросила защиту.

И вот мой взгляд остановился на третьей девушке. На душе потеплело. Кто бы мог подумать, что все так случится? Богиня, кто же еще.

Она лучше нас знает, что нам надо. А я глупец еще сомневался в ее даре. Принял его как наказание, из-за чего потерял два года и множество нервных клеток вследствие постоянных истерик Айлише. От воспоминаний о том, что она тут устраивала, будучи беременной, а еще ее вечные попытки залезть ко мне в постель, мои плечи непроизвольно дернулись. Хорошо, что завтра ее тут уже не будет.

А ведь я мог бы всего этого избежать признай сразу Анну Николаевну своей достойнейшей.

Теперь же… Что делать теперь я еще не решил. Я никогда не нарушал своих обещаний и тем более клятв. Не собираюсь этого делать и сейчас. Да и Богиня не позволит мне этого. Аника же, судя по ее поведению, пока не собирается признаваться кто она. Неприятно, но принуждать я ее ни к чему не собираюсь. Остается надеяться на ее здравомыслие, в коем я не сомневаюсь, пробудившиеся чувства между нами и на наш сегодняшний разговор.