Где наша не пропадала. Книга 2

В скором времени эйр со своим отрядом вошли в район, где располагалось множество лавок, магазинов и рестораций. Тут уже им открылась неприглядная картина мародерства. Разбитые витрины, сломанные входные двери и несколько пепелищ на месте домов, в которых еще совсем недавно жили и работали люди. В этот раз в ноги к эйру никто не бросался с просьбами или жалобами. Не до того людям было. Кто-то носил воду на пожарища, чтобы от тлеющих углей или случайно вспыхнувшей искры не загорелись рядом стоящие дома. Кто-то разгребал завалы после учиненного погрома в надежде хоть что-то спасти из своего имущества.

Кто-то просто сидел на пороге своего дома, покачиваясь из стороны в сторону и невидящим взглядом оглядывая картину разгрома, учиненного мародерами. Но были и те, кто зло и обвиняюще смотрел на вновь прибывших. За то, что не успели. За то, что опоздали. За то, что не защитили. За то, что не помогли и не уберегли. Они молчали, но их взгляды были очень красноречивы.

Аркана, спустившись с криовеса и оглянувшись по сторонам, облегченно выдохнул.

Все это можно будет восстановить. Главное, что он не слышит плача по погибшим и не видит раненых и убитых.

— Десять человек останьтесь здесь. Надо затушить все пожары. Одно дело сражаться с мятежниками и совсем другое, если пламя начнет пожирать город. Оно не знает ни жалости, ни пощады и будет уничтожать все вокруг, не обращая внимания: долгожитель ты или нет, стар или мал.

Дальше Аркана передвигался уже пешком. Улица стала уже, испуганные люди, спешащие из города и толкающие вперед тележки с вещами или тянущие баулы, начали встречаться чаще.

К его отряду присоединилось еще несколько десятков человек. Какие бы лозунги ни выкрикивали зачинщики беспорядков, но людям, много лет живущим в сытости, мире и спокойствии, не нужны были их эфемерные идеи равноправия между долгожителями и обычными людьми, а так же их обещания светлого будущего, где все будет общее. Общее — это ничье. Не говоря уже о том, что это будущее еще неизвестно когда настанет. Сейчас же они теряли свое кровное, нажитое своим трудом и построенное своими силами. Это еще раз подтверждало мысль Рейна об искусственности мятежа. Если бы и правда кто-то хотел бороться за права обычных людей в попытке уравнять их с долгожителями, они бы не действовали как бандиты, уничтожая все вокруг. Так они только настраивают народ, которому они вроде как хотят помочь, против себя.

Отряд прошел еще несколько улиц, когда Аркана услышал то, чего так боялся. Плач.