Где наша не пропадала (СИ)

Улыбка сама собой расцвела на моем лице, как только я представила 'радость' эйра при виде своей достойнейшей, и не удержалась, чтобы не высказать своего мнения по поводу моего нового вида. Уперев руки в бока, медленно повернулась, чтобы меня можно было хорошенько рассмотреть со всех сторон и поинтересовалась.

— Нравлюсь? — в ответ мужик еще больше скривился. Я же как частушку громко пропела. — Бабьи рубахи те же мешки, рукава завяжи, да что хошь положи. Ух.

Служитель понял о чем я и тут же сделал лицо попроще, да виноватый взгляд опустил в пол.

— Ну что же, я готова, — хотелось бы сказать, что произнесла это величественно и аки лебедь поплыла к выходу, да врать не люблю. Но до двери все же дошла.

— Молодой человек, надеюсь мне не придется пешком топать до дома эйра?

— Нет, на выходе вас ждет закрытый паланкин.

Особое ударение мужчина сделал на слове закрытый. На это только и смогла что хмыкнуть, покрепче вцепившись в его руку, от чего мужчина вздрогнул, побледнел и хрипло зашептал.

— У нас не принято женщинам дотрагиваться до служителей.

— Не хочешь меня вести, можешь нести. Своими двумя вопрос — дойду ли, — я внимательно рассматривала длинный коридор, оценивая свои силы. А мне, насколько я понимаю, придется одолеть не только его. Света в конце тоннеля, обозначающего выход наружу, не видела. То ли зрение не позволяло, то ли далеко он. А если там еще и ступеньки, то мы в лучшем случае завтра дойдем, ну или не дойдем вообще.

Услышав тяжелый обреченный вздох, усмехнулась. Ну и что же он будет делать? Облегчать жизнь служителю я точно не собираюсь, так же как мучиться насилуя свои косточку и суставы. Обернувшись, мужчина посмотрел на стоящих недалеко девушек.

— Позовите Олдера.

Те, не говоря ни слова и по-прежнему не отрывая взгляда от пола, быстро засеменили по длинному коридору.

Мы же вернулись назад в комнату, где и расположились на тех же местах где и до этого. Я тяжело опустилась на кровать, а служитель на стул. Ждать пришлось не больше десяти минут. Без стука дверь распахнулась и в комнату вошел хмурый здоровяк, напоминающий своим видом медведя, потревоженного в зимнюю спячку. Не говоря ни слова он вопросительно уставился на сидящего на стуле.