У наших детей давно бы психика поехала.
-Тетя Эля, я хочу открыть тебе одну тайну, не знаю, как ты ко мне будешь относиться после этого, но больше не хочу скрывать что-либо и обманывать.
После моих слов она напряглась еще больше. Я рассказал ей все: кем была в прошлой жизни, как попала в тело ребенка, почему не рассказала раньше и закончив, посмотрела ей в глаза. Но вопрос, заданный Элей я не ожидала
- А вот, то, что ты учишь нас делать, это из твоего мира? -я лишь кивнула головой.
Она помолчала ещё несколько минут, потом встав со своего место подошла ко мне и прижала к своей груди.
От того, что в своем мире ты взрослая женщина, здесь ты считаешься ребенком и большой грех бы мы совершили перед Богами, а особенно перед своей совестью, если бы не приняли того, что нам подарили они. Ты для нас подарок Богов Вира, и мы тебя всегда поддержим. От этих слов я просто разревелась на ее груди, как маленький ребёнок, тяжесть недосказанного, обман, лежащий на моих плечах мёртвым грузом, слетели с меня и уходили вместе с выплаканными слезами.
ГЛАВА 8
Вира с Онисом понемногу обживались в доме Малвина. Лазура, в первое время не выходила из выбранного ею закутка, но понемногу привыкла и носилась, не стесняясь по всему дому. Для нее это было нескончаемое удовольствие сунуть свой любопытный нос во все места, куда он только доставал, от него не отставал и Онис. Я пыталась приструнить двух разыгравшихся малышей, но ничего не помогало, их любопытство было сильнее наказания сестры. А Малвин только посмеивался над ними.
В один из вечеров, засидевшейся за работой по вязанию Эле, Малвин предложил остаться на ужин, тем более Вира приготовила ватрушки с творогом и небольшой пирог с рыбой, купленный недавно на ярмарке и ждавший своего часа. Некоторое время спустя к ним присоединился Нарон, забеспокоившись от отсутствия дома матери. Мирно беседуя о дальнейших планах, я попросила передать кусок пирога Малвину, зная его любовь к рыбопродуктам.
-Онис, перестань подкармливать Лазура, он свою порцию уже съел, -на что Лазур под столом только фыркнул,- и передай кусок дяде Малвину.
Малвин в это время беседовал с Найроном по поводу изготовления крючков с больших размеров, чем он делал раньше, заодно и спиц. Все-таки вязание — это хорошо, но вещь сезонная, а нам нужно было двигаться дальше. Видя, что Малвин не обращает внимания на подающую ему тарелку, Онис взял его за руку и сказал.
-Папа, возьми, пожалуйста, у меня тарелку, у меня уже рука устала.
В гостиной наступила тишина.
