Где властвует любовь

 – Леди Данбери повернулась к Пенелопе, у которой от усилий сдержать смех на глазах выступили слезы: – Сколько он вам заплатил, чтобы вы не оставляли его наедине со мной?

Пенелопа прыснула.

– Прошу прощения, – ахнула она, в ужасе зажав рот ладонью.

– Ничего, ничего, не стесняйся, – буркнул Колин. – Ты мне очень помогла.

– Можешь не давать мне двадцать фунтов, – сказала она.

– Я и не собирался."

"– Только двадцать? – осведомилась леди Данбери. – Хм. Я полагала, что стою не меньше двадцати пяти.

Колин пожал плечами.

– Я всего лишь третий сын. И постоянно нуждаюсь в деньгах.

– Ха! У вас в карманах больше звонкой монеты, чем у нескольких графов, вместе взятых, – заявила леди Данбери. – Ну, может, не графов, – добавила она после некоторого раздумья, – но нескольких виконтов или баронов – это уж точно.

Колин вкрадчиво улыбнулся:

– Я всегда полагал, что считать деньги в чужом кармане – дурной тон.

Леди Данбери пренебрежительно хмыкнула:

– Возможно, но в моем возрасте человек может делать почти все, что пожелает.

– Интересно, – задумчиво произнесла Пенелопа, – а чего нельзя делать в вашем возрасте?

Леди Данбери повернулась к ней:

– Прошу прощения?

– Вы сказали, что можете делать почти все, что пожелаете.

Леди Данбери недоверчиво уставилась на нее, затем ее губы дрогнули в улыбке. Колин обнаружил, что тоже улыбается.

– Определенно она мне нравится, – сказала леди Данбери, ткнув пальцем в Пенелопу, словно та была статуэткой, выставленной на продажу. – Я вам говорила, что она мне нравится?

– Неоднократно, – отозвался Колин.

Леди Данбери повернулась к Пенелопе и заявила с самым серьезным видом:

– Думаю, мне не сошло бы с рук убийство, но это, пожалуй, все.

Пенелопа и Колин дружно расхохотались.

– Эй, – сказала леди Данбери, – что это вас так развеселило?

– Ничего, – выдохнула сквозь смех Пенелопа.

Колин был не способен даже на это.

– Что значит – ничего? – упорствовала леди Данбери. – Я не отстану от вас, пока вы не объясните мне, в чем дело. Все равно выйдет по-моему, можете мне поверить.

Пенелопа утерла слезы, выступившие на глазах.

– Я только что сказала ему, – она качнула головой в сторону Колина, – что он способен выйти сухим из воды, даже совершив убийство.

– Вот как? – задумчиво протянула леди Данбери, постукивая тростью по полу, как кто-нибудь другой почесывал бы подбородок, размышляя над сложной проблемой. – А знаете, возможно, вы правы. В Лондоне еще не было более обаятельного мужчины.

Колин выгнул бровь.