Ген подчинения. Том 3

Марс ещё ладно, его я мог обхитрить, а вот Афина была слишком умна и хитра, а вместе с силой того здоровяка со щитом… — Тяжело вздохнув, недовольно покачал головой оборотень. — В общем, лютая смесь, к которой я так и не смог найти подхода, играя на моих нервах смогла защитить тебя. Уроды… Хотя я им от части даже благодарен, хотя бы за избавление от этой ебаной обезьяны. Будь он трижды проклят…

— Почему ты не остановился на этом? Месть свершилась, живи как раньше, в чем проблема? — Он был достаточно умен для выбора любого пути в мире смертных.

С его знаниями ему были открыты все дороги, так почему именно путь насилия и крови?

— Потому, что убийство — это наше естество, Миша. Не только Укун был повинен в смерти моего партнера, но и вся Триада. Все они заслужили смерти, забвения и пожара отчаяния, в котором, собственно, благодаря тебя я всех их и сжег. Эх, если бы вы только не вмешались в церемонию призыва в том особняке, изменив всего одно плетение, я сделал бы Сусаноо и саму обессилившую императрицу своими послушными марионетками.

Если бы ты не вступил в столь тесный симбиот, сейчас я бы разорвал твою грудь, вырвал бы сердце и все равно добился того, чего мы с братом всегда желали.

— Власти и силы? — Глядя на его пылающие на фоне луны глаза, просил я.

— Абсолютной защиты и покоя. Никто бы и никогда не посмел вторгнуться в мой дом, красть и требовать мои сокровища! Все приклонились бы передо мной, признав моё величие и воздавая почести. Я бы стал тем, кем так и не сумел стать мой брат.

Я стал бы богом! — Острые когти пронзили плоть сжатой в кулак руки. Красная кровь хлынула на землю, а я вспомнил простые слова, некогда сказанные то ли Мо, то ли самим Паком.

— Все мы приходим в этот мир со своим предназначением. — Проговорил я.

— Верно, друг мой. Мне жаль, что я вынудил тебя всё это выслушать. Считай это последней исповедью грешника, готового навсегда испортить мир смертных. — Взглянув на бьющиеся о скалы волны, произнес тот. — Я ухожу непобежденным, Миша. Обычный демон, сумевший обмануть всех богов и не сумевший обхитрить всего одну домовую.

Никто, кроме тебя, не будет знать, как я погиб. Они будут искать моё тело, свиток, осколок. Они захотят раскрыть твой секрет, и однажды, не найдя меня, придут за тобой. Прости, старый друг, я слишком сильно устал и больше не в силах двигаться по предначертанному мне пути. Одиночество не для Шиши, не для меня. Прости, и прощай.

Расправив руки, Пак гордо выпрямленной спиной рухнул в пропасть.