Чем больше медицинских светил меня посетят, тем больше таковых я смогу оценить, а стало быть, окажусь более подготовленным к тому моменту, когда настанет время воплощать в жизнь мои планы…
В четыре пополудни дверь кабинета приоткрылась, и просунувшаяся в щель голова Димы сообщила:"
"— Алексей Александрович, к вам Давыдов и Однер.
— Отлично, зови! — кивнул я, поднимаясь.
Эти господа являлись совладельцами созданной мной Санкт-Петербургской электро-математической артели. Вот такое оригинальное название имело это практически еще не существующее предприятие.
Алексей Павлович Давыдов был создателем первой в мире системы управления огнем корабельной артиллерии. Разработка относилась к 1870 году и даже прошла во время русско-турецкой войны боевые испытания на вооруженном пароходе «Веста», одержавшем блестящую победу над турецким броненосцем «Фехти-бахри». Я был сильно удивлен этому факту, поскольку до сего момента не сомневался, что все значимые усовершенствования в военный флот всегда приходили из-за рубежа, ну, как минимум где-то до конца 40-х годов XX века.
Житель Петербурга с пятнадцатилетним стажем, швед по происхождению, Вильгодт Теофил Однер был известен как изобретатель в области арифмометров. Вот уже шесть лет арифмометры Однера выпускал санкт-петербургский завод Нобеля. И мой план заключался в том, чтобы соединить этих двух чрезвычайно одаренных людей, Однера и Давыдова, чьи мозги работали в очень похожем направлении (ибо что такое система управления огнем? Да тот же вычислитель!), — пусть образуют коммерческое товарищество, которое займется не только совершенствованием военных технологий, но еще и будет делать это за свой счет, финансируя военные разработки из прибыли от производства гражданских счетных машин.
А возможно, они мне и какой-нибудь электромеханический компьютер изобретут. Он весьма кстати будет и в других областях — нам тут еще столько мостов и каналов строить, да и дорогами через некоторое время заняться стоит…
— Присаживайтесь, господа, — радушно указал я на диван у стены кабинета, в свою очередь опускаясь в кресло, стоящее рядом с диваном.
— Чаю?
— Благодарим покорно, ваше императорское высочество, — воодушевленно отозвался Алексей Павлович. Флегматичный швед промолчал.
— Итак, как у нас обстоят дела?
— Отлично, ваше…
— Мы же договаривались, — прервал я Давыдова, — наедине я для вас — Алексей Александрович.
— Кхм… прошу простить. Так вот я о том, что дела обстоят просто блестяще.
