Генерал (СИ)

Смешно и щекотно одновременно.

– Васечка, погоди, родной, – прошу, целуя в макушку.

– А что такое? – не понимает он.

– В ящике, в тумбочке, возьми, – прошу с придыханием. И даже не знаю, как отреагирует муж на мои новости…

– Что там? – недовольно бурчит Ордынцев, но перекатывается на край кровати и тянется к ящику. – Если резинки, даже не проси. Хочу в тебя…

И достав тест, смотрит на меня изумленно.

– Кать… Это твой?

– Нет, взяла у Насти тебя попугать, – фыркаю я и смотрю выжидательно.

– Так это что получается… – задумчиво чешет репу Генерал.

 – Какой срок?

– Пять недель.

– Мы сразу с тобой учудили? – улыбается довольно. – Катька, ну ты молодец… Офигеть, какая ты у меня умница…

Муж порывисто прижимает меня к себе. Целует в глаза, в виски, щеки. И выдыхает чуть хрипло."

"– Я и не мечтал никогда, Кать. Даже не думал, что такое счастье бывает. А оно взяло и мне обломилось. Мальчик или девочка… мне по барабану. Лишь бы ты рядом была…

Встав на колени, муж медленно прокладывает дорожку поцелуев по моей шее, спускается через холмы грудей к животу, превращая соски в чувствительные твердые бусины.

Ерзаю, выгибаюсь от желания, но Ордынцев продолжает уверенно двигаться все ниже и ниже.

– Я нежно, Катя, – шепчет он хрипло, раздвигая мои бедра. – Очень нежно.

Глава 45

ВасилийУтром я просыпаюсь от громогласного детского рева. Пацан вопит. Девочки, наверное, плачут иначе. А у мелкого Димирова трубный бас.

Поворачиваюсь в постели и сгребаю сонную Катерину в охапку.

– Это мой брат разаряется.

Зубы у него режутся, – улыбается она и добавляет со вздохом. – Наверное, надо встать. Насте помочь.

– Лежи, – чуть сильнее прижимаю девчонку к себе. – Как-то они без тебя справлялись.

– Папа, наверное, уже уехал в офис. Он ранняя пташка, – бормочет Катерина, расположившись у меня на плече. Выводит по руке какие-то узоры.

– Тесть- красавчик, – усмехаюсь я. – Вчера обалдел, когда его на аэродроме увидел. Все кордоны прошел и на взлетной меня встретил.

– Ну и правильно.

Машину генералу Ордынцеву подают к трапу самолета, – хихикает Катерина. И так призывно трется сиськами, что устоять невозможно.

– Кать, – прошу хрипло. Перевернув жену на спину, подминаю ее под себя. – Девочка моя, – шепчу, целуя шею и ключицы. Опускаюсь ниже, к груди. Вбираю в рот розовые маковки сосков и хмелею от желания. – Катя моя…

Жена выгибается навстречу. И я словно дурею от обладания именно этой женщиной. Страстной, красивой, утонченной.