Воздух в помещении словно сгустился, стало тяжелее дышать. — Пожалуй, я возьму с вас… выполнение одной моей просьбы. Какой — еще не придумал, но вашу честь она не затронет, — добавил он, увидев, как я возмущенно вскинулась. — И на принятие решения даю ровно сутки. По их истечении наше соглашение потеряет силу…
Коротко осведомившись не проводить ли меня и выслушав ответ, что я еще собираюсь позаниматься, он подчеркнуто вежливо откланялся. Лишь напоследок прошелся по мне еще одним не совсем учтивым, слишком оценивающим взглядом.
Видимо пытался понять почему я тренируюсь в домашнем платье.
— Ох, — сказала я, оседая на спортивный матрац, когда он вышел. — О-ох.
— Что «Ох»? Ты сказала, что он мастер созвездий? — тут же зачастила в моей голове Пра. — Этот идеал мужской стати — мастер созвездий? Да как у тебя вообще язык повернулся ему отказывать? Что за дурацкие капризы?
И тут я не выдержала.
— Лэра Ядвига дас Хельвин, напомните мне, будьте добры, Вы были полноправной герцогиней? — холодно осведомилась я.
Мои ноги дрожали, но дух не зависит от тела, и еще один бой я вполне могла дать.
— Естественно! — возмущенно ответила прародительница.
— Под вашей рукой были родовые земли, в гарнизоне у замка располагалась армия, а мужья не имели над вами власти, постоянно оставляя вас вдовой?
— Да, — уже менее воинственно произнесла она, догадываясь куда я клоню.
— И вы, та, что безгранично повелевала и никто не смел усомниться в вашем праве… советуете мне, оказавшейся практически в плену, среди недружественных захватчиков… вы настаиваете, чтобы я без обсуждения условий и проверки прошлого вверила себя офицеру армии врага?
— Эм, — сказала Пра.
— Более того — здесь даже не скрывают, что специально уничтожают репутацию наследников с целью связать их браком и забрать родовые земли. А вы… напомните мне… вы настоятельно порекомендовали за полтора месяца до моего совершеннолетия увлечься, дайте вспомнить, «идеалом мужской стати»?
Ядвига выругалась.
Задорно, надо записать, чтобы не забыть.
— Кхе-кхе, — артефакт покашливал, при этом я не чувствовала подергиваний. Будто он осторожно затих, опасаясь усилить вызванное во мне недовольство. — Отчитала так отчитала. Моя кровь, моя девочка… Ты вот что, прости родственницу. Я ж не совсем понимаю, что происходит. Когда ты не держишь меня в руках, все вокруг как в тумане. Что-то вижу и слышу, что-то нет.
Я закрыла глаза и медленно выдохнула. Ладно, не буду дальше давить на пожилую женщину.
