Наставник заметил в голубоглазом что-то важное, чего не увидела я, но дальше мы поговорить не успели, карета начала съезжать с тракта и пришлось поспешить к родственникам.
— Делаем большую остановку! — сообщила я выглядывающей в окно Анифе. За шторкой раздались счастливые возгласы Мириам, а со второго этажа кареты — полуобморочные благодарности от служанок. Бедные женщины сидели там на твердых досках между сумок с оставшимися вещами и котомок со снедью. И трясло их не в пример больше, чем внизу."
"— Отдыхаем, восстанавливаем силы перед второй половиной пути, — весело произнес самый крупный из наемников по прозвищу Малой.
— Прекрасные лэры могут перекусить вон под тем тенистым деревом. Погода-то волшебная!
— Мири, — я подъехала, перекрыв ей обзор. И нагнулась, шепча, — возьми себя в руки. Я знаю как это трудно, но помни кто ты и держи лицо. Тренируйся, у нас дворец впереди.
Сестра подняла на меня широко раскрытые темные как спелые черешни глаза. И — кивнула. Надо же, взрослеет кто бы мог подумать. Признаться, я ждала в ответ надутые губы и встречные нападки, но она меня приятно удивила.
Это хорошо, лучше утрясти все проблемы в дороге, чем опозориться в столице.
Вслед за средней вышла и Анифа. Обе, уже не глядя на наемников, принялись прохаживаться по траве разминая ноги. А из кареты вдруг выглянула мачеха и позвала меня внутрь.
— Хани…
Недоумевая что ей понадобилось, я передала лошадь Гектору и забралась внутрь. Воздух еще был душен, тяжело пахло цветочными духами и южными маслами для протираний — так мачеха защищалась от других дорожных ароматов.
Клин клином. Но на мой взгляд не помогало совершенно.
— Хани, — она сидела без вуали, опираясь локотком на парчовую подушку. Как всегда изящна и немного театральна, — ты права, впереди дворец, а девочки забывают, что на них смотрят не только преданные слуги. — Она расстроенно щелкнула пальцами в многочисленных тяжелых перстнях. — Поэтому хочу поговорить с тобой, пока есть возможность. Ты — старшая… И в последний месяц стала намного сдержанней.
Я хочу попросить тебя присмотреть за Мириам… ну и за Анифой, если захочешь.
— Мне кажется, вы и сами с этим отлично справляетесь.
На мгновение недовольная гримаска исказила ее лицо, но тут же снова превратилась в снисходительную доброжелательность.
— Я не хотела тебе говорить слишком рано, но, наверное, пришел срок. В письме не были упомянуты «сопровождающие лица». Меня могут не принять во дворце.
Вот это сюрприз. Я едва сохранила нейтральное выражение лица.
