"
"Нужно узнать, чем же маленькое провинциальное герцогство заинтересовало короля, да еще так, что он своим младшим братьям рекомендует присмотреться к наследнице. И почему воры, словно наведенные, напали на нас по дороге и продолжают преследовать даже в столице.
Я написала для посла короткое сообщение, сложила вместе с документами. За родовой печаткой пришлось идти в свою комнату и доставать сумку из-под кровати. Провела пальцем по ларцу с матушкиными драгоценностями, замок кольнул остро, выпивая каплю крови и открываясь с негромким щелчком.
Подвешу-ка я кольцо-печать на цепочку и буду носить.
Горничные думают, что я в этой сумке всякие наколенники и нарукавники для тренировок храню, не буду их разуверять. Но держать все секреты в одном месте все же опасно. И так оставляю под кроватью слишком много. Я поглубже затолкала завернутый в полотно отцовский дневник. А сверху прижала шкатулкой с украшениями. Вернула все на место и вышла в гостиную.
— Вот что, любезный, — присев за стол, капнула теплого воска на конверт, придавила печаткой.
— Как ты уже понял, мы здесь на военном положении. Поэтому в следующий раз сначала в служебных помещениях первого этажа ищешь Гектора и только потом поднимаешься с ним сюда. Иначе почта может попасть не в те руки. Меня при чужих зовешь исключительно лэра Хельвин, без имен. Твою службу и преданность вижу, так что без награды она не останется… — Надо бы не только обещать, но и серебрушку дать, но я обмелела настолько, что хоть плач, а мачеха не оставила ни одного золотого.
— На словах передай лэру Юшиму, что я на днях сама появлюсь. Пусть ждет. Вроде бы все… хотя… постой.
Я поднялась. Подошла ближе к посыльному, и едва скрывая эмоции, осмотрела багровые следы пальцев принца на его шее.
— Еще скажи Послу, что я распорядилась насчет врача для тебя за счет Посольства, пусть полностью здоровье проверит. И меня по имени пусть нигде не упоминает.
— Нас про имя спрашивали, — вдруг прохрипел мужчина. — Сначала имерцы во всех документах проставляли просто «сестры Хельвин».
А перед вашим приездом вдруг засуетились. Запрос пришел — кто да что, как зовут, возраст, родство. До этого нас не замечали, мы здесь тьфу, пыль дорожная, в одном доме располагаемся, когда другие рода и по кварталу в столице имеют, на улицах личные караульные ходят. На карте опять-таки нас не всякий купец найдет. И вдруг — несколько дней назад чуть не пять карет к нам прислали, куча народа во дворе столпилась.
