— Безобразие! — обложка в моих руках потеплела и задергалась, нервно хлопая страницами. — Спонтанно инициированный дикарь учит наследницу Хельвинов?! Держите меня, я падаю в обморок! Хотя нет! Попал бы мне в руки тот негодяй, я бы выцарапала ему глаза!
— Наставнику? — напряглась я. — За что? Он меня с детства воспитывал и делал что мог.
— Я не о нем, а о твоем тупом отце! Как он посмел забросить твое воспитание, жидкая его кровь!
Она принялась ругаться, на корешке засверкали крошечные вспышки, кусая пальцы.
— Гектор неправ? — попыталась я перенаправить ее гнев в полезное русло.
А заодно уберечь себя от любопытства сестер. Услышав шум в кабинете, одна из них может заглянуть, а я не собиралась их знакомить с Ядвигой пока в наших комнатах бродили приглашенные швеи.
Оказалось, что впечатляющие события, конечно, важны, но они могут быть не только ужасающие, но и радостные. Самое главное — насколько эмоционально их переживаешь. На самом пике эмоций рекомендовалось разогнать энергию по всем своим искрам и после этого собрать волну магии, сконцентрировавшись только на одной.
На той, которую собираешься сделать звездой. А я, наоборот, всегда старалась максимально успокоиться и затем просто гоняла магию от искры к искре в надежде хоть что-нибудь зажечь.
— Ну-ка, подумай прямо сейчас о чем-нибудь пугающем, раздражающем или очень радостном, — скомандовала Ядвига. — А я посмотрю от чего у тебя больше всего закипает кровь.
Плюнув на приличия, в нетерпении, я скинула туфли и села поудобнее прямо на ковер посреди комнаты.
Сосредоточилась, положив дневник на колено.
Хм. Что же меня раздражает… Что прямо бесит… Первым вспомнился отец, вообще мной не интересовавшийся. Мечтавший только о юге, обожавший своих смуглых дочерей. Но… он ушел с честью, пожертвовал собой, дав шанс мне и герцогству. Ну как я могла на него по-настоящему злиться?
— Добрая, жалостливая слишком. Учить тебя и учить еще. Дальше, — рыкнула Пра. — Думай, что еще тебя беспокоит. Что крутится в памяти и сильно, очень сильно тревожит?
…О странных «ворах», напавших на нас по дороге, я ничего не знала.
Поэтому волновалась скорее фоном, не понимая, что происходит. Яркости чувств точно не было.
Может быть дурацкий поцелуй в трактире? Но… воспоминания почему-то не раздражали. Даже приятно было думать, что я успела поцеловаться. А сам факт последующего укуса прекрасно успокаивал, обид на мужчину после него не оставалось. В конце концов, бедняга сильнее пострадал.
— Да ладно! — фыркнула Ядвига.
