Генерал Скала и ученица (СИ)

Своей непрошибаемой снисходительностью он постоянно провоцирует меня на эмоции, — предложили мне временное обручение без женитьбы, правильно? И намекаете, что я, как бастард, должна быть благодарна вам за этот мезальянс?

Причем двойной мезальянс! Потому что для герцогини Эльвинейской такая связь также оскорбительна. А от мастера созвездий, приближенного к королю, никто не ждет серьезного отношения к ученице.

Мы оба дико далеки друг от друга. Несочитаемы. И при этом сидим рядом, смотрим в глаза.

— Другие девушки-бастарды были бы счастливы, — протянул он.

— И в нашей ситуации пышная помолвка стала бы прекрасным решением, но я не настаиваю. В конце концов у вас еще будет время на раздумье.

Проклятие.

Я ведь на него сорвалась, практически оскорбила намекнув на «потасканность», боги, откуда я вообще это слово взяла… а он продолжает со мной уважительно разговаривать. Вот так себя ведут правители, Лидия. А не нервничают как глупые девчонки от прикосновений к руке.

«В любой ситуации вне боя — не повышай голос», — вспомнила я холодную отцовскую отповедь в ответ на какую-то детскую обиду.

Обычно я так и делаю, папа. Вдох-выдох.

— Благородный лорд дос Форсмот, прошу простить мою ничем не оправданную грубость.

— То есть вы согласны? — смешинки заплясали в голубых, залитых магией глазах.

— То есть я не согласна, но польщена. И с благодарностью принимаю ваше внимание.

Звучало вежливо. Достойно. Правильно."

"— Прекрасно, — сказал Форсмот, — все больше убеждаюсь в правильности своего решения.

Полностью истощенная, с открытыми незащищенными каналами, вы ухитрились почти мгновенно успокоиться, не закатив мне скандала по поводу детей, нежелания на вас окончательно жениться и даже не отреагировав на упоминание о вашей незаконнорожденности.

— Папа меня признал, — заметила я.

— В итоге все мои старания прошли впустую. И второй звезды у нас сегодня не будет, — сказал он, потянувшись.

К-какой второй звезды?! То есть он меня провоцировал, видя истощение и надеясь, что я эмоционально вспыхну от усталости и раздражения, и…

— Так вы шутили с помолвкой?

— Никоим образом, я вообще не смешной.

Просто сложил две возможности, — Форсмот, не обращая внимание на мою растерянность, подтянул меня к себе и обнял за плечи. — У тебя был тяжелый день, Кучеряшка, а карета едет еле-еле. Так что облокачивайся на меня и расслабляйся. Прими мое плечо в качестве извинений за попытку выбить тебя из равновесия.

Грубости в его действиях не было, грязных намеков тоже.