Генерал Скала и ученица (СИ)

Слишком много мебели, подушек, украшений и блеска.

Как я вообще здесь оказалась? И почему не могу пошевелиться?

Попытка закрыть глаза или просто прищуриться тоже ни к чему не привела, лишь усилив неприятный звон. Я была совершенно не способна к любым действиям, словно перенеслась лишь разумом. И, кто бы мог подумать, оказалась не где-нибудь, а еще в одних личных покоях.

Если так пойдет дальше, я превращусь в знатока мужских дворцовых спален. За короткое время побывать сразу в двух — никогда бы не подумала, что окажусь такой бойкой лэрой… Жаль, сестры не поверят.

Приходилось рассуждать спокойно и даже иронично, лишь бы подавить зарождающийся внутри страх, не поддаться надвигающейся панике. Какой смысл пугаться, если ни закричать, ни убежать, ни врезать как следует противнику?

— Рамон-Рамон, — покачал головой принц. И на мгновение мне показалось, что за его спиной шевельнулся ворох белья на кровати, — не ожидал от тебя… Мне говорили, что ты опытный маг и остаешься в статусе ученика исключительно из-за вредности твоего батюшки.

— Не вредности, а требовательности… — раздался голос Палача. Причем было полное ощущение, будто говорю… я сама. — Исключительно из-за требовательности моего отца.

Проклятие! Червь нажрался моей жизненной энергии, перепутал хозяев и теперь передает мне все, что видит и слышит Палач. Словно это я вместе с ним нахожусь в покоях Алонсо. Вот это попала…

— Без разницы, я сейчас о другом, — принц небрежно отмахнулся, поднял с придиванного столика бокал и недовольно уставился на опустевшее дно.

На его пальце сверкнул полированным металлом необычный коготь, надетый как наперсток у швей, сверху на фалангу. — М-м-м… Опять вино закончилось… Ганна! — он оглянулся назад и позвал громче: — Ганна! Хватит прятаться. Если ты действительно хочешь стать моей постоянной спутницей, то реагируешь сразу, когда я называю твое имя, — он скривился и уголки рта некрасиво опустились вниз. — Принеси мне вино, мышка… Быстро!

Одеяло на кровати нехотя сползло, открывая стройное женское тело.

Полупрозрачная ночная рубашка на девушке была скроена по всем канонам приличия, с рукавами и практически в пол, вот только материал ее… подвел. Скажем так, он скорее туманил, чем скрывал из виду. Прижимался при каждом движении к коже, бесстыдно показывая то острые вершинки на аккуратных грудках, то гладкие девичьи бедра.

Я бы ахнула от шока, но оказалась способна только молча, ошеломленно таращиться. Даже глаза закрыть не могла.