Генерал Скала и ученица (СИ)

— То есть… эта лэра специально заманивала женихов, а потом портила свою внешность настолько, что мужчины согласны были откупиться, лишь бы не взять ее в жены?

Посол ответил не сразу, а некоторое время ждал ответа от Анифы, но, обнаружив, что девушка молчит, вежливо заметил:

— История древняя, источников с тех пор никаких не осталось, поэтому истины не узнать. Но… если претенденты не иссякали, значит на что-то надеялись. И жестоко разочаровывались в итоге во внешности или характере. В нынешние времена такая неприятность с нашими женщинами из благородных родов — большая редкость.

Практически все хороши собой и без скандалов становятся женами или наложницами."

"Принц невольно вспомнил худенькую южанку, которая стояла вместе с Хани в их первую встречу. Тогда он возвращался после очередной ассамблеи в город, увидел карету Хельвинов на въезде и по куражу сдернул вуаль с девушки в простеньком дорожном платье. Милая, но слишком смуглая на его вкус.

Жениться на такой не хотелось, что бы там ни требовал старший брат.

В конце концов, если так нужно для короны, пусть Алонсо сам женится, ему разные нравятся. А надык… по сути всего лишь покупка возможности внимательно рассмотреть невесту.

— Если за просмотр придется заплатить, я согласен, — уверенно сказал принц. — Проблема, которая пропадает с оплатой — это не проблема, а лишь трата. Такое мне по душе. Называйте свою цену и завтра я хочу посмотреть на наследницу.

Мириам с Анифой в ужасе переглянулись, а Гектор плавным, почти незаметным движением подобрался к ним ближе.

Цену они назвать не могли. И дело не только в том, что представления не имели сколько это стоит. Самое опасное в продаже свидания с Хани — была сама Хани… нравом мстительная, обожавшая воспитывать и напрочь иногда забывавшая, что сестры — они же младшенькие!

Поэтому Мириам поступила просто. Подняла наполненные слезами бархатно-темные глаза и посмотрела на Посла.

Боец использовал меч, маг — заклинания, а красавица Мири Хельвин обладала целым арсеналом вооружений, помогавших ей с детства.

Она умела заворожить нежным смехом или сбить с ног плавностью походки. Но лучше всего у нее получалось умолять. Беззвучно и сногсшибательно.

Когда средняя из сестер что-либо хотела, близкие или сдавались или звали Лидию на помощь. Даже отец не всегда мог противостоять блестящим омутам ее глаз. Мири умела просить так, словно от этого зависела ее жизнь.

Посол, все это время державшийся выверенно-дипломатично, замер, словно столкнувшись со стеной.