Генералы драконов_5_Отвергнутая невеста генерала драконов

— Хочу сладкий! Дайте! — заорала она. — У Рьянки есть сладкий. Хочу!

Ни слова не говоря, мама у меня забрала корзинку и передала её брату, высунув руку наружу.

Я только и смогла что бестолково моргнуть, глядя, как эта дурная сопливая пакость принялась ковыряться в ней.

Мой живот грустно заурчал, намекая, что совсем не наелся.

Карета катилась по неровной после затяжных дождей дороге. Кучер подгонял лошадей, стегая их коротким кнутом. Каждый такой хлесткий удар заставлял меня вздрагивать.

Солнце склонялось к горизонту на западе, а с восточной стороны на небо наползали тяжелые, просто свинцовые тучи.

— Ночью будет гроза, — недовольно пробормотал отец. — Говорил же, не стоит выезжать! Могли бы и обождать день или два.

— А что нам эта гроза?! — мама передернула плечами. — Не пешком же идем!

В ответ от отца ей достался очередной тяжелый взгляд.

Мой живот упрямо урчал, требуя еды. Но никто мне мою корзинку так и не вернул. И можно было попросить отца, чтобы он добыл для меня пару пирожков, или отдал то, что приготовили для них.

Я знала, как возмутится мать. Будет намекать, что я и без того не отношусь к изящным девушкам. Что во время танца не порхаю над полом как бабочка. И щёки у меня присутствуют, и скулы не торчат. Но проблема заключалась в том, что я нравилась себе такой, какая есть, и выслушивать всё это в свой адрес не желала.

Уж лучше сидеть голодной, чем оплёванной.

Задрав подбородок, отвернулась и уставилась в окно.

Да, моя гордость порой выходила за границы, но ничего с ней я поделать не могла.

Пейзаж снаружи изменился. Теперь с обеих сторон дороги стоял густой дремучий лес. Иногда на деревьях я замечала белок. Один раз в сторону кареты выскочил заяц, но, заметив нас, быстро скрылся в высокой траве.

— Странно, — отец потер подбородок, — почему мы едем этой дорогой?

Развернувшись, он постучал в небольшое окошко за своей спиной.

— Да, фер? — оно мгновенно открылось и показалась неприятная щербатая физиономия нашего возницы.

— Почему едем этой дорогой? — повторил свой вопрос отец.

— Как почему? — кучер, казалось, удивился. — Так было велено.

— Кем? — отец приподнял бровь.

— О, Боги, Карвин! — мама закатила глаза. — Ну, конечно, мной! Северо-восточный тракт забит разным сбродом. А этот путь пусть и длиннее на два часа, зато свободен.

— Он не охраняется воинами императора! — зарычал папа.