Я гордился тобой, хотя никому до этого уже нет дела. Но я горд, Рьяна. А ханым... Все было бы спокойно, не появись драконы. Гонцы с предложением мира, которых нашли люди предводителя красноглазых. Они боятся, Рьяна. Боятся вашего союза.
— Это то, о чем ты хотел предупредить? — не знаю, тронули ли меня его откровения. Но покачав головой, отвернулась. — Ты не смог меня уберечь, Максен, от себя же. Знаешь, и хорошо, что ты проявил милосердие и дал себе умереть. Мне и представить страшно, что было бы со мной и Филлией останься ты живым.
Получи ты власть!
Он закрыл глаза, его ладонь сжалась в кулак.
— Даже сейчас, Максен, там в комнате меня спасают те, кого ты презирал. Сын столь ненавистного тебе императора и маг, которого ты нагло использовал в своих целях. Да все вы использовали! И виновен в том, что меня отравили — ты! Это отголоски твоих деяний! Фера умрет. Айдан не сможет заявить право на фьеф, потому как брак наш не совершен по закону перевертышей. Филлия не твоей крови и ханыму это известно, так ведь? Отвечай!
Он поджал губы.
— Выходит, что известно, — сделала я свои выводы. — Сарен не сможет назвать себя фером, и фьеф остается ничейным. Но я обещана ханыму. И соглашение наверняка найдется, подписанное твоей рукой. Он придет за своим. Пусть и не жена, но законная невеста. И начнется война. Вот что ты сотворил, брат.
Резкий, наполненный злостью голос Айдана вывел из темного омута чужих воспоминаний. Мгновенно вернулась и боль, и головокружение, и эта горькая вязкость во рту с привкусом жженой травы.
Сбросив оцепенение, я распахнула глаза и уставилась на мужчин. Мой дракон все так же сидел на кровати у изголовья, держа меня в своих объятиях. Вокруг витал убийственный аромат зелья Моргана. Туника на мне вся вымокла, именно она источала эту вонь. По всей видимости, Айдан пытался влить противоядие в меня, но оно проливалось мимо.
Поморщившись, я скользнула взглядом по комнате. Морган у стола, Вегарт что-то делал в умывальне.
Втянув в себя воздух, помимо мерзкого запаха лекарства, уловила и аромат крови. Видимо, белый дракон спешно устранял следы пыток.
— Мне сейчас неинтересно, Дьярви, кого там притащило в такую метель, — мой дракон, не замечая, что я в сознании, грозно рычал на своего друга. — Разберись со всем этим сам.
Стоящий у входной двери старший из братьев Вагни тяжело вздохнул и запустил пятерню темные в волосы. Вид у него был потрепанный и грязный.
