Объявляйте траур. И отвлеките Филлию. Она должна оставаться в полном неведенье.
Мужчины, не сговариваясь, уставились на меня. Вегарт... Так тот и вовсе с окровавленной тряпкой в руках. Мужчина, умеющий наводить порядок — уже нечто удивительное. А если вспомнить, что светловолосый холеный красавец передо мной еще и генерал армии драконов, то и вовсе нечто нереальное. Это немного отвлекло от нужной мысли. Я уставилась на грязную тряпку, с которой медленно капала вода...
— Гасми. Вы его убили? — зачем-то спросила, хотя и так понимала, что предателю жизнь бы не сохранили.
— Айдан оторвал ему голову, — сдал моего дракона Морган. — Голыми руками. Так что получив пару ударов по лицу, можно сказать, я легко отделался. Но с другой стороны, даже обидно. Видимо, за серьезного соперника меня не воспринимали.
Мне потребовалось немного времени, чтобы осмыслить его слова. Сильно раскалывалась голова. Глаза слезились не переставая. И жжение в желудке нарастало. Это мерзкое противоядие настойчиво просилось наружу.
"
"— Нет, маг. Тебя спасла доверчивость Рьяны, — негромко проговорил Айдан. — Меня нельзя назвать честным игроком. Я частенько получаю желаемое хитростью, иногда бью врага со спины. Но врага, а вот между своими подлость и ложь не терплю. Поэтому говорю как есть, Морган, спас тебя мой брачный браслет, который Рьяна надела на руку. Иначе бы убил. Но я безумно счастлив, что сдержал свою ревность, возможно боги уберегли от расправы над соперником. Но не было бы тебя, я не смог бы сейчас спасти свою женщину.
Мой зельевар не справился бы, однозначно. А если вспомнить, что его сейчас самого выхаживают, то дела бы мои были дрянь. Само собой, я бы обернулся и попытался вернуть Брека, чтобы он отсрочил смерть Рьяны, но это продлило бы ее и мою агонию, и только. Так что это своего рода мне урок. Сдержанность — благо. Да и неплохой ты мужик, маг, хоть и заносчив. Не будет тебе лена на юге, не дурак же я. Устрою тебя комфортно рядом, найду леру покрасивее и женю, чтобы не маячил перед глазами.
Но... Я рад, что мы не стали настоящими врагами, Морган. Пару ударов и разбитая губа — не повод для кровной мести.
Я скривилась. Но не от его признаний, а от того, как резко и сильно скрутило живот. На лбу мгновенно проступила липкая испарина.
— Так что там с ханымом? — напомнил Дьярви, все еще мнущийся на пороге комнаты.
Я подняла на него взгляд, и он странно подобрался.
— Айдан, таз готовь, — скомандовал он через мгновение, — Ей снова плохо.
